Долг МаяковскомуДолг Маяковскому
Долг Маяковскому

Долг Маяковскому


Станіслав Маковецький
С карты многих населенных пунктов было стерто имя выдающегося поэта ХХ века Владимира Маяковского

Теги матеріалу: війна, криза, музика, нацизм, пам`ять, політики, проза, срср-ex, україна
07.09.2016

Я знал, что будет плохо, но не знал, что так скоро, – пел классик. Именно эти слова почему-то сразу приходят мне на ум, когда я слышу новости из Украины, моей родины, в которой я не живу вот уже два года. Я уехал оттуда в Европу, после того как внешние силы при деятельном участии кучки ищущих обогащения украинских политиков, опираясь на вечно заблуждающуюся и зараженную национализмом украинскую интеллигенцию и обманутую ею молодежь, осуществили в моей стране государственный переворот.

Это предчувствие гражданской войны, по словам уже другого классика, не покидало меня с самого начала так называемой «революции достоинства». Дух ненависти, вражды, предчувствие предстоящего распада государства и сопутствующих ему кровавых конфликтов явственно витал в воздухе над киевской площадью Независимости еще в декабре 2013 года, когда Евромайдан был относительно мирным. Не надо было быть Нострадамусом или пророком Самуилом из пьесы Леся Подеревянского, чтобы уже тогда отчетливо увидеть весь этот длящийся по сей день кошмар.

Сбылось все, что я предчувствовал, все, что на самом деле знали и предсказывали многие думающие и не ослепленные национальной идеей люди, у которых никогда не было пророссийских взглядов: отторжение территорий, развал экономики, падение национальной валюты, разгул криминалитета и правых сил, обнищание населения, произвол новой власти, вооруженный конфликт на востоке Украины и много чего другого. В результате, все это не стало для меня неожиданностью, даже несмотря на масштабы и скорость разрушительных изменений. Но самым страшным, как ни странно, оказалось не все вышеперечисленные беды, а так называемая декоммунизация – тонкая и злонамеренная подмена понятий, скрывающая под маской борьбы с «тоталитарным советским прошлым» тотальную фальсификацию истории и дикий вандализм новой власти.

О декоммунизации много сказано и написано. Украинский политолог Евгений Филиндаш очень точно назвал ее деисторизацией Украины. А известный в левых кругах белорусский публицист и художник-график Владимир Мироненко (он же Товарищ У) жестко охарактеризовал это явление как самокастрацию или/и лоботомию украинского народа. Наверное, к этому трудно что-то добавить.

Однако, украинская декоммунизация имеет еще и другую сторону – воинствующий культурный национализм. Причем, бессмысленный и беспощадный шквал переименований улиц и городов не только коснулся названий, связанных с революционной борьбой и советской историей, но и затронул имена деятелей русской истории и культуры, зачастую никакого отношения к СССР не имеющих.

Часто доходит до абсурда – ведь современные украинские пропагандисты отличаются вопиющей исторической безграмотностью и невежеством. Например, с карты многих населенных пунктов было стерто имя выдающегося поэта ХХ века Владимира Маяковского, гордившегося украинскими корнями своей семьи и написавшего свой знаменитый «Долг Украине», о котором недавно вспомнил даже украинский президент. Поэт воспевал Октябрьскую революцию, однако никогда не был членом коммунистической  партии – в отличие от многих нынешних чиновников-националистов.

Переименованы и улицы Максима Горького – великого писателя, не раз воспевавшего в своих произведениях Украину и ее народ, прекрасно владевшего украинским языком и написавшего следующие слова: «Я питал влеченье, род недуга, к литературе Украины. Очень хотелось издать Гулака-Артемовского, Основьяненко, Котляревского».

Правый журналист Вахтанг Кипиани не раз предлагал переименовать столичную площадь Льва Толстого и одноименную станцию метро, нет в Киеве уже и улицы Емельяна Пугачева – человека, ставшего для российского самодержавия самым большим кошмаром. И это притом, что в отрядах Пугачева сражалось множество украинцев, среди которых были и бывшие предводители массового восстания украинских крестьян против экономического, религиозного и национального гнета в Речи Посполитой, которое вошло в историю под названием Колиивщина. Известно, что у самого Пугачева тоже были украинские корни, и он владел украинским языком.

Лицемерное помпезное празднование 25-летия украинской независимости запомнилось комичным демаршем писательского тандема братьев Капрановых. Не жалея матерных слов и выражений (разумеется, русских), они обрушили свой праведный гнев на организаторов праздничного концерта, поскольку те посмели включить в программу произведения политически неправильных композиторов. Среди тех, кого потребовала репрессировать украинская интеллигенция, был Модест Мусоргский – автор «Гопака» из оперы «Сорочинская ярмарка», Сергей Прокофьев, автор «Марша-завещания» из оперы «Семен Котко», посвященной истории Украины времен гражданской войны, и Петр Чайковский, также имеющий украинское происхождение.

«У каждого музыканта в голове совок наложил «могучую кучку», и им даже невдомек, что в день рождения украинского государства стоит сыграть украинскую музыку», – негодовали братья Капрановы. К счастью для доносчиков-литераторов, в ситуацию тут же вмешалось Министерство культуры, пообещав убрать из программы неблагонадежных композиторов. Капрановым сразу же полегчало. «Примерно за это мы и стояли на Майдане, разве нет!?» – с пафосом восклицают довольные результаом писатели.

Причины происходящей на Украине декоммунизации и сопутствующей ей ксенофобской борьбы с «чуждой иностранной культурой» разнообразны. Несомненно, здесь присутствует четкий классовый подтекст – ведь власть в стране принадлежит олигархам, и любое упоминание об альтернативном устройстве общества им ни к чему. Но есть и другой важный аспект: история и культура Украины объективно взаимосвязаны с историей и культурой России. И сам Тарас Шевченко, имя которого бессоветсно пытаются использовать современные националисты, не просто поддерживал тесные дружеские связи с представителями русской интеллигенции, но и сам написал на русском языке ряд стихотворений, замечательную поэму «Тризна» и девять своих повестей.

Советский период с его общими для наших народов и их культур достижениями, потерями и великой победой в самой страшной войне в истории человечества, несомненно, является своеобразной вершиной этого совместного исторического опыта. Это то время, когда украинцы и русские действительно были едины – но не под ярмом великодержавной империи, а в рамках интернационалистического общества, которое много сделало для преодоления национального и классового неравенства. Именно поэтому советское культурно-историческое наследие, в создании которого украинцы приняли самое деятельное участие, объявлено сейчас чем-то совершенно чуждым для украинского национального менталитета.

Парадоксально, но именно национализм до сих пор не дает состояться украинской нации. Конечно же, существует украинский народ, существует национальность – украинцы, есть оригинальная и неповторимая украинская материальная и духовная культура, есть самобытный и богатый украинский язык и замечательная украинская литература. Возможно, при стабильном существовании Украины, даже в далеком от совершенства формате 2013 года, украинская нация могла бы сложиться в обозримом будущем. Но, по злой иронии, это хрупкое украинское единство было прервано именно пресловутой «революцией достоинства».    

Конечно, строители постмайданной Украины начали свою работу по «очистке» украинцев далеко не в 2014 году. В принципе, вся идеология постсоветской Украины основывалась на ксенофобии и отторжении советского прошлого во имя «святой цели создания и упрочнения украинской нации». Просто в силу различных сдерживающих факторов масштабы этаких действий были несоизмеримы с происходящим в данное время.  

Прекрасной иллюстрацией этих намерений являются попытки искусственно трансформировать украинский язык. После 1991 года множество общих с русскими слов и конструкций, зафиксированных в произведениях классиков украинской литературы и словарях украинского языка, были объявлены чужими и фактически вытеснены с употребления. Имела место последовательная тенденция к замене этих слов и выражений диалектизмами, несуразными неологизмами или иностранными заимствованиями. А вся наша история, чуть ли не со времен Святослава Игоревича, представляется идеологами как постоянная борьба украинского народа, глубоко европейского по своему духу, с дикими азиатскими ордами, которые вечно наступают на него с Востока, – от войн с хазарами и монголами вплоть до АТО.

У истоков этой разрушительной политики стоит зараженная национализмом интеллигенция. Украинские журналисты и деятели культуры свято верят в благородство своей миссии по созданию украинской нации и готовы пойти ради этого на любой обман и любое варварство. Да, многие из них переживают сейчас тяжелое похмелье, но при этом все еще пытаются сохранить хорошую мину при плохой игре, продолжая декларировать неизбежность своего тогдашнего выбора. Другие же участники Евромайдана стараются уйти от реальности и ответственности за свои действия: они увлеченно занимаются астрологией и нетрадиционной медициной, постигают дзен, ходят на йогу и утверждают, что дошли до такого уровня личностного развития, когда их уже вовсе не интересует грязная политика. Вполне понятны чувства этих фрустрированных, отравленных своим политическим опытом людей, осознающих, что их использовали, и, в результате, они никак не могут влиять на отвратительных персонажей, которых сами же и привели к власти.

А СМИ продолжают выдавать пропагандистские шаблоны, чтобы объяснить ими гражданскую войну («героическая борьба мужественной украинской армии с ордами российских агрессоров»), потерю независимости и переход под внешнее управление («привлечение прогрессивных западных специалистов вместо старых и испорченных совком кадров»), вопиющий вандализм и фальсификацию истории («избавление от преступного наследия тоталитарного советского режима и воспитание нового поколения настоящих украинских патриотов»), героизацию фашистских коллаборантов и военных преступников («возвращение в историю Украины ее истинных героев») и деиндустриализацию («приватизация крупных предприятий новыми эффективными управленцами и полный переход к рыночной экономике»).

Иногда мне кажется, что леденящих душу новостей о событиях на моей родине хватило бы на целый век истории какой-то другой страны. А украинцы – те, кто не уехал из страны, – уже привыкли к этой жуткой реальности, словно к данности. И на майданы уже никто не собирается.

Я читаю, слушаю и смотрю украинские новости, и мне становится страшно: кажется, что многострадальная история моего народа близится к своему закату. Но затем я отбрасываю эти страхи. Ведь однажды весь этот выстроенный олигархами и националистами карточный домик рухнет, и тогда мы с вами станем свидетелями рождения действительно новой Украины, в которой не будут забыты имена Маяковского, Толстого, Горького, Мусоргского, Прокофьева.

Это наш долг перед ними – как и перед Тарасом Шевченко, который призывал бороться против угнетения, несправедливости и шовинизма. 

Станислав Маковецкий

Читать по теме:

Андрей МанчукПоследнее прибежище

Андрій Мовчан. Хвиля патріотизму

Илья Деревянко. Крепостное право для украинцев

Катерина РускевичИнтервью с Товарищем У

Назар Шешуряк, Андрiй Сiгунцов«Зiгафолк» i сором дивитись у дзеркало

Андрій Мовчан. Жовто-синя стрічка для солдата-пішака

Андрей Украинский, Анатолий СлободянюкАфтепати майдана

Борис РудьПлохие новости для всех

Володимир ЧемерисАтмосфера для эскадронiв


2011-2017 © - ЛІВА інтернет-журнал