«В те дни расстреляли российскую демократию»«В те дни расстреляли российскую демократию»«В те дни расстреляли российскую демократию»
Пряма мова

«В те дни расстреляли российскую демократию»

Андрій Манчук
«В те дни расстреляли российскую демократию»
Троцкий и Махно – дети Украины. Ими следует в историческом плане гордиться, как большими личностями мирового масштаба. Им место в украинском пантеоне

04.10.2013

Эдуард Лимонов отметил в нынешнем году свое семидесятилетие. Сегодня он известен как российский писатель и политик – но детство и юность «подростка Савенко» прошли в украинском Харькове, где он написал свои первые стихи и принял участие в своей первой забастовке. Накануне двадцатилетнего юбилея московского восстания Эдуард Лимонов рассказывает о вождях российской либеральной оппозиции, о Бандере, Сноудене, Украине и «Кровавом сентябре» 1993 года.


(Эдуард Лимонов: «Вечер 3-го октября 1993 года. У подъезда Останкино за несколько минут до начала стрельбы»).

Эдуард Вениаминович, прошло двадцать лет с момента расстрела Белого дома и кровавых столкновений в центре Москвы. Чем запомнились вам те дни?

– Я явился в Белый дом сразу после оглашения ельцинского указа № 1400 – о роспуске Съезда народных депутатов и Верховного Совета РФ. Приехал туда вместе с товарищами, на двух машинах. Был включён в первый список защитников Белого дома – из девяти человек. Назначен был на пост №1, который находился у главного входа в здание, со стороны реки. Со мною охраняли этот пост два милиционера и хромой парень.

В Белом доме я подписал обращение оппозиционных партий против Ельцина – седьмым, от имени нашей Национал-большевистской партии, которая была зарегистрирована накануне событий.

 Я участвовал в освобождении Белого Дома от блокады войск 3 октября, а затем уехал в телецентр Останкино, где чудом уцелел. Это всё уже история. Я писал обо всём этом в своей книге «Анатомия Героя»:

«Я закурил. Но не успел докурить. В 19:31 вдруг красной тяжелой волной взрыва накрыло нас всех. И через несколько мгновений ударили автоматы и пулеметы. Я упал и пополз. Я не верил, что они стреляют боевыми, но инстинкт, обретенный на войнах последних лет, сработал сам. Теперь, оглядываясь назад, я понимаю что нас спасли, не желая этого, журналисты, телерепортеры и фотографы. Ринувшись к месту происшествия, они просочились сквозь первый ряд людей, в котором и находились мы, беседуя с Константиновым, и образовали впереди нас защитный слой в пару-тройку человек толщиной. И когда ударили пулеметы, то стреляли в первую очередь по ним. Я выполз к гранитному бордюру высокоподнятой цветочной клумбы и залег, прямо на ком-то, т.е. до меня там уже лежал человек. Так как я был безоружен, то обратился к единственному оружию – к записной книжке. Лежа пишущим застал меня Тарас Рабко. Оглянувшись на то место, где мы только что стояли с Константиновым, я увидел двадцать или более тел. Некоторые стонали и ругались. Большинство не двигалось. Именно там нашли мертвым ирландского журналиста, еще минут за десять до этого он снимал нас у административного здания. Уверен, что на последней его кассете был запечатлен и я». 

Можно ли согласиться с мнением, что современная политическая система России берет свое начало в событиях октября 1993-го?

– Третьего и четвертого октября 1993 года была расстреляна Ельциным из танковых орудий российская демократия. Это дата ее смерти.

Но во время недавних протестов в Москве Путин уже не применял танки.

– У него не было необходимости в физическом подавлении протеста. Либеральные вожди сговорились с властью в ночь с 8-го на 9-е декабря 2011 года – что они уведут протестные массы с площади Революции, из центра Москвы, от нервных центров государства – здания Государственной Думы, Центризбиркома, Кремля, на расположенную на острове Болотную площадь. Достаточно перекрыть два моста, чтобы отрезать протестующих. Что и было сделано.

Протест в России мог победить – и непременно бы победил, если бы не это предательство Немцова, Рыжкова, Пархоменко, Гудкова и всей группы либеральных вождей. Лозунги в тот день мало что значили, у народа было огромное возмущение результатами выборов.

Либеральная буржуазия уже не сможет поднять людей. Это было один раз. Следующую волну подымем мы – новые левые, нацболы, – под лозунгом: «Отнять и поделить!». Это лозунг пересмотра итогов приватизации.

Один из лидеров оппозиции, Алексей Навальный, участвовал сейчас в выборах мэра Москвы, претендуя на статус лидера российской оппозиции.  

– Навальный – амбициозный бизнесмен с грязноватым прошлым. У него пять лет приговора за казнокрадство по компании «Кировлес». Помимо этого он обвиняется в краже около 100 миллионов рублей из кассы Союза Правых сил, а ещё в мошенничестве со спиртзаводом в городе Кирове и в присвоении 55 миллионов рублей у фирмы «Ив Роше». Вместе с братом Олегом они подрядились доставлять этой фирме документы и грузы. Но власть выбрала его на роль оппонента мэра Собянина на выборах, которые прошли 8 сентября.

Для этого Навальному помогла «Единая Россия» – дали 55 подписей депутатов от этой партии, необходимых для его выдвижения. И он это цинично принял – в то время как ранее называл «Единую Россию» не иначе, как «Партия Жуликов и Воров». В итоге Навального выпустили из тюрьмы, куда его поместили уже 19 июля, после приговора по делу «Кировлесу». Навальным легко манипулировать. Он марионетка власти.

Недавно вы опубликовали стих «Украіна», вспоминая там о «багровом Киеве» под «кровавыми облаками». Что значит для вас наша страна? Не пробовали ли вы писать на украинском? 

– Механизмы появления образов у поэта никому не ведомы, а в истории «багрового» Киева немало крови. Украина – земля моего детства. За политикой ее я слежу, но не пристально. В школе я хорошо выучил украинский, писал без ошибок. Мы проходили там Григория Сковороду. Запомнился его яркий образ странствующего философа, ничем не хуже Жан-Жака Руссо. А ведь Сковорода жил в Харькове – мой великий земляк.

Но сейчас мне уже поздно писать по-украински, да и русский язык куда более распространён в мире. Потому и Гоголь писал об Украине по-русски.


(Эдуард Лимонов: «Рабочий цеха точного литья завода «Серп и молот» (Харьков). К рулю привязан узелок с едой. Вечером мне на третью смену. 1963 год»)

Кто из ведущих украинских политиков последнего десятилетия привлекал ваше внимание: Кучма, Ющенко, Тимошенко, Янукович?

– Все перечисленные украинские  лидеры – не увлекательны. Они все сторонники либерального капитализма, и Украине с ними было тоскливо и будет тоскливо. Вам нужен лидер-реформатор – увлекательный, аскетичный и сильный.

В своих стихах об Украине вы вспоминаете Бандеру, Троцкого и Махно, сочетая вместе абсолютно разные по своим взглядам исторические фигуры.

– Да, в конце стихотворения я перефразировал кусок из любимого романса Бандеры – «Прийде ще час, і ти згадаеш ще про мене», – это он об Украине говорит. Я не знаю, заметили ли это украинские читатели. Бандера, конечно был врагом России – но он эпический герой, без сомнения.

А Лев Давидович Троцкий и Нестор Махно – дети Украины. Ими следует в историческом плане гордиться, как большими личностями мирового масштаба. Им место в украинском пантеоне.

Почему все массовые протесты последнего десятилетия – от киевского Майдана до египетского Тахрира – пока что заканчиваются таким же массовым разочарованием?

– В событиях на вашем Майдане и вокруг него не было волевой, сильной организации, которая бы неумолимо преследовала бы народный интерес. Впрочем, в Египте братья-мусульмане были в событиях площади Тахрир такой силой. Но военный переворот опять отбросил их от власти.

Когда «Арабская весна» и «бархатные» революции только начинались, на них было много надежд. Но эти надежды не оправдались. Да, массы на площади – это доказательство протеста против существующего строя. Но оказалось, что помимо доказательства, нужна ещё разумная сила для организации нового строя и нового государства.

Что представит в ближайшее время публике писатель Лимонов?

– В октябре появится книга «Апология чукчей» (книга, посвященная сопротивлению колонизации Чукотки, которое оказывали чукчи – прим. ред.), в конце ноября – книга стихов «СССР – наш древний Рим», потом книга «Титаны». И пара книг будут переизданы.

А чем вы намерены заниматься дальше в политике?

– Я популярный в моей стране проповедник. Меня ненавидит либеральная буржуазия, но зато почитают и левые, и националисты и простые незаряженные идеологией граждане. Я только что переизбран председателем партии «Другая Россия» – единогласно, с одним воздержавшимся. Правительственная пропаганда и спецслужбы борются больше со мной, чем с либералами. Нацболов всё так же строго сажают, запрещают, судят – у нас девять политзаключенных на сегодня, вооружённая полиция не дала мне провести собрание по выдвижению меня кандидатом в президенты, против меня лично направлены несколько репрессивных законов, принятых в последнее время.

Упрекают меня и мои политические противники. Это естественно, и меня ничуть не беспокоит.

Но просто ли быть проповедником в стране, где церковь и так стремится контролировать все стороны общественной жизни?

– Я не вижу никакой клерикализации в России. Кроме дней Рождества Христова и Пасхи, наши церкви пусты, и русские остались в подавляющем большинстве нацией атеистов. Официальные попытки насильственно христианизировать общество делаются, но РПЦ слишком жирна и богата, чтобы в нее всерьез поверил русский народ.

Как вы прокомментируете решение российских властей, которые предоставили убежище Эдварду Сноудену, и что вы думаете об этом человеке?

– С предоставлением убежища Сноудену немного затянули, но всё-таки дали ему политическое убежище. Это правильное решение. Эдвард Сноуден – молодой идеалист, и то, что он выдал грязные тайны США, –  это очень хорошо. Он нанес ощутимый удар по репутации Соединенных Штатов, в первую очередь в глазах их союзников. Он отличный парень.

Спрашивал Андрей Манчук

«Сегодня»

Читайте по теме:

Захар Прилепин«Поэзия не растет в либеральных кущах»

Артем Кирпиченок1993 vs 1992

Алексей Сахнин. Смерть советов

Александр СергеевУральский Гэтсби

Анна Брюс. Почему Собянин победит

Кирилл ВасильевПочему Навальный – не Мандела

Илья БудрайтскисКому грозит историческая ответственность

Алексей СахнинРоль левых в протесте

Андрей МанчукИнтервью с Алексеем Гаскаровым

Артем КирпиченокПисьмо Алексею Сахнину

Алексей СахнинПрактика против фразы

Андрей МанчукИнтервью с Изабель Магкоевой

Александр Лехтман. Позитив на марше

Борис Кагарлицкий«Очень мирный русский бунт»

Максим ФирсовИнтервью с Сергеем Удальцовым

Андрей МанчукИнтервью с Кириллом Медведевым

Женя ОттоГлавный аргумент

Андрей Манчук«Мы здесь власть» 

Дмитрий РайдерИнтервью с Верой Акуловой 

Андрей МанчукИнтервью с Ильей Будрайтскисом 

Сергей КиричукИнтервью с Ильей Пономаревым

Андрей МанчукИнтервью с Ильей Матвеевым

Александр КоммариПротив аналогий


Підтримка
  • BTC: bc1qu5fqdlu8zdxwwm3vpg35wqgw28wlqpl2ltcvnh
  • BCH: qp87gcztla4lpzq6p2nlxhu56wwgjsyl3y7euzzjvf
  • BTG: btg1qgeq82g7efnmawckajx7xr5wgdmnagn3j4gjv7x
  • ETH: 0xe51FF8F0D4d23022AE8e888b8d9B1213846ecaC0
  • LTC: ltc1q3vrqe8tyzcckgc2hwuq43f29488vngvrejq4dq
2011-2018 © - ЛІВА інтернет-журнал