Компартия – молодежиКомпартия – молодежиКомпартия – молодежи
Культура

Компартия – молодежи

П'єр Паоло Пазоліні
Компартия – молодежи
Грустно. Критиковать КПИ нужно было в первой половине прошлого десятилетия. Вы опоздали, дети. И неважно, что вы тогда еще не родились. Теперь журналисты всего мира (в том числе телевизионщики) лижут вам жопы (полагаю, так ещё говорят на языке Университета). А я нет, друзья. У вас лица папенькиных сынков....

02.06.2011

(Поэтические заметки для стихотворения в прозе в сопровождении Апологии)

Грустно. Критиковать
КПИ нужно было в первой половине
прошлого десятилетия. Вы опоздали, дети.
И неважно, что вы тогда еще не родились.
Теперь журналисты всего мира (в том числе
телевизионщики)
лижут вам жопы (полагаю, так ещё говорят
на языке Университета). А я нет, друзья.
У вас лица папенькиных сынков.
Хорошая порода не лжет.
Вы всё так же близоруки.
Вы испуганны, нетверды, отчаянны
(очень хорошо!), но при этом умеете казаться
задирами, шантажистами, хвастунами:
это прерогатива мелкой буржуазии, друзья. 
Когда вчера в Валле Джулиа вы бились
с полицейскими,
я симпатизировал полицейским!
Потому что полицейские - дети бедняков.
Выходцы с периферии, сельской или городской.
Что до меня, я достаточно хорошо знаю,
как они жили в детстве и юности:
каждая тысяча лир на счету, отец, который
так и не повзрослел
из-за нищеты, не дающей полномочий.
Мать, грубая как грузчик, или нежно-болезненная,
как птица;
множество братьев; лачуга
среди огородов с красным шалфеем (на клочке
чужой земли); окна на сточную канаву
или квартиры в больших
многоквартирных домах для бедноты, и так далее и
так далее.
И потом, смотрите на них, как они одеваются:
будто клоуны,
эта грубая одежда, пахнущая армейской пищей,
ротной канцелярией и толпой. Хуже всего,
естественно,
то психологическое состояние, до которого они
доведены
(за сорок тысяч лир в месяц):
никаких улыбок,
никаких друзей во всем мире,
отрезанные,
исключенные (нет равных такому исключению);
униженные потерей человеческих свойств
ради свойств полицейских (быть ненавидимым
значит ненавидеть).
Им двадцать лет, столько же сколько вам,
милые мальчики и девочки.
И мы, безусловно, заодно против института полиции.
Но схватитесь с судебной системой, и вы увидите!
Парни-полицейские,
которых вы отлупили, в духе священного хулиганства
папенькиных сынков
(благородная традиция Возрождения)
принадлежат к другому социальному классу.
На Валле Джулиа, таким образом, произошел эпизод
классовой борьбы: и вы, друзья (хоть и стояли за
праведное дело) представляли богатых,
в то время как полицейские (стоявшие за
неправедное дело)
представляли бедных. И вы одержали красивую
победу! В таких случаях
полицейским дарят цветы, друзья.
«Пополо» и «Карьере делла Сера», «Ньюсуик» и
«Монд»
лижут вам жопу. Вы - их дети,
их надежда,
их будущее: даже если они упрекают вас,
они, конечно, не собираются вступать с вами
в классовую борьбу! Разве что
в обычную междоусобицу.
Интеллигенту или рабочему,
стоящему вне вашей борьбы, весьма забавно
осознавать,
что молодой буржуа отлупил старого,
а старый засадил за решетку молодого.
Потихоньку
возвращаются времена Гитлера: буржуазия
любит быть наказанной собственноручно.
Я прошу прощения у тысячи или двух тысяч моих
юных братьев,
которые работают в Тренто или в Турине,
в Павии или в Пизе,
во Флоренции, а также немного в Риме,
но я должен сказать: студенческое движение
не штудирует Евангелие, как говорят о вас
ваши стареющие подхалимы,
желающие ощущать себя молодыми и
шантажировать своей лживой девственностью:
единственное, что на самом деле знакомо
студентам:
морализм отца, судьи или служащего,
конформистское насилие старшего брата
(естественно, идущего по стопам отца)
ненависть к культуре матерей, вышедших из
крестьян, хотя и очень давно.
Вы это знаете, дорогие дети.
И выражаете в двух ваших непременных чувствах:
в осознании своих прав (известно, демократия
интересуется только вами) и в жажде власти.
Да, в ваших лозунгах всегда идет речь о захвате
власти.
В ваших бородах я вижу бессильное честолюбие,
в вашей бледности - безнадежный снобизм,
в ваших бегающих глазах - половое разложение,
в вашем крепком здоровье - надменность, в плохом
здоровье - презрение
(и лишь в немногих из вас, в тех, кто происходит
из низшей буржуазии, или из рабочих семей,
эти недостатки несут в себе некоторое благородство:
познай самого себя и школу в Барбиане!*)
Вы занимаете университеты,
и говорите, что тем же самым должны заняться
молодые рабочие.
Но вот в чём дело:
станут ли «Карьере делла Сера» и «Пополо»,
«Ньюсвик» и «Монд»
так же сильно волноваться об их проблемах?
Ограничится ли полиция тем, что получит
пару тумаков на захваченной фабрике?
Это банальное наблюдение;
к тому же шантажистское. Но, главное, тщетное:
из вашей буржуазности
следует и ваш антикоммунизм. А рабочие, они
остались в 1950-ом и раньше.
Такая древняя идея, как Сопротивление (которую
нужно было опровергать двадцать лет назад,
и тем хуже для вас, что вы тогда еще не родились)
ещё стучит в сердцах людей из провинции.
Вряд ли рабочие говорят по-французски
и по-английски,
разве что какой-нибудь бедняга,
вечером, у себя в ячейке
пытается изучать русский.
Прекратите думать о своих правах,
прекратите добиваться власти.
Освобождённый буржуа должен отказаться от всех
своих прав
и изгнать из своей души, раз и навсегда,
идею власти. Все это либерализм - оставьте его
Бобу Кеннеди.
Учителями становятся, занимая фабрики,
а не университеты: ваши подхалимы (в том числе
коммунистические)
не сообщают вам банальную истину: вы – новая
порода аполитичных идеалистов, как и ваши отцы -
те, что так и не выросли.
Посмотрите на американцев,
ваших очаровательных сверстников,
с их дурацкими цветами, они продолжают изобретать
свой собственный «новый», революционный язык!
Они изобретают его изо дня в день!
Но вы не можете заниматься тем же, потому что
в Европе уже есть такой язык:
можете ли вы его игнорировать?
Да, вы хотели бы его игнорировать (к великому
удовлетворению «Таймс» и «Темпо»).
И вы игнорируете его, становясь, в своём глубоко
провинциальном морализме,
«крайне левыми». Странно,
отринув революционный язык
бедной, старой, тольяттинской, официозной
Коммунистической партии,
вы восприняли его еретический вариант,
на основе низкопошибного жаргона
социологов без идеологии (или отцов-бюрократов).
Говоря так,
вы просите всего на словах,
фактически же вы просите только то,
на что имеете право (как славные буржуазные
детки):
серию неотложных реформ,
применения новых педагогических методов
и обновления государственного аппарата.
Молодцы! Вот священные чувства!
Да поможет вам счастливая звезда буржуазии!
Опьяненные победой над молодыми
полицейскими, которых нищета вынуждает быть
рабами
(и одурманенные интересом общественного мнения
буржуазии,
с которой вы ведете себя как женщины,
игнорирующие и третирующие
нелюбимого богача-воздыхателя)
вы отвергаете единственный инструмент, которым
можно действительно бороться с отцами:
коммунизм.
Надеюсь, вы поняли:
быть пуританами -
значит препятствовать
настоящему революционному действию.
Но давайте же, скорее, дети, нападайте на
отделения Компартии! Захватывайте ячейки!
Занимайте офисы
Центрального Комитета! Ну же,
разбейте лагерь на виа делль Боттеге Оскуре!**
Хотите Власти? захватите её, по крайней мере,
в партии, которая всё-таки оппозиционна
(пусть и изрядно потрёпанная, благодаря власти
синьоров в двубортных пиджаках, любителей
бочче***, любителей литот, буржуазных сверстников
ваших глупых отцов)
и хотя бы в теории ставит своей целью разрушение
Власти.
Правда, я сомневаюсь в том, что она решится
разрушить те элементы буржуазности, которые есть
в ней самой, даже с вашей помощью, ведь,
как я говорил, хорошая порода не лжет…
Но всё равно: Компартия - молодёжи!
……………………………………………………………….
Но что я вам тут советую? К чему я
подталкиваю вас?
Каюсь, каюсь.
Я стал на путь, ведущий к меньшему злу,
да проклянет меня Бог. Не слушайте меня.
Увы, увы,
шантажируемый шантажист,
я повсюду трубил о здравом смысле!
Я еле сумел вовремя остановиться,
спасая одновременно фанатический дуализм и
раздвоенность…
Но стыд переполняет меня (o Господи! мне что,
нужно думать о возможности быть с вами
в вашей Гражданской войне,
отложив мою старую идею Революции?)

Перевод Кирилла Медведева

Свободное марксистское издательство


*Барбиана - деревня в Тоскании, где в конце 50-х была соз- дана школа для беднейших крестьянских детей, в которой разрабатывались методы альтернативной педагогики.

**Месторасположение офисов Компартии

 ***Бочче - итальянская разновидность боулинга


Підтримка
  • BTC: bc1qu5fqdlu8zdxwwm3vpg35wqgw28wlqpl2ltcvnh
  • BCH: qp87gcztla4lpzq6p2nlxhu56wwgjsyl3y7euzzjvf
  • BTG: btg1qgeq82g7efnmawckajx7xr5wgdmnagn3j4gjv7x
  • ETH: 0xe51FF8F0D4d23022AE8e888b8d9B1213846ecaC0
  • LTC: ltc1q3vrqe8tyzcckgc2hwuq43f29488vngvrejq4dq
2011-2018 © - ЛІВА інтернет-журнал