Пиратский манифестПиратский манифестПиратский манифест
Аналіз

Пиратский манифест

Пиратский манифест
Левые должны подключиться к решению этих вопросов: бороться с попытками криминализировать и уголовно преследовать файлобменники, бороться против нарушения гражданских прав, против попыток правительств и частных компаний шпионить за гражданами в Интернете

01.02.2012

Рост числа сторонников Шведской Пиратской Партии (Piratpartiet) весьма удивил как политический мейнстрим Европы, так и многих левых. Суд над пиратами в Стокгольме (февраль и март 2009) и обвинительный вердикт, вынесенный основателям сайта Pirate Bay, лишь усилили поддержку Пиратской Партии, собирая вокруг нее беспрецедентное количество сторонников.

Она опередила по количеству членов Партию Зеленых Швеции и сравнялась с Левой Партией, Либеральной партией и христианскими демократами Швеции. К выборам в Европарламент она уже стала третьей по численности партией в Швеции (после социал-демократов и умеренных). Но, что наиболее важно, ее молодежное крыло (Ung Pirat) является крупнейшей молодежной организацией страны, насчитывающей 21 тысячу членов.

Вслед за Швецией пиратские партии появились по всему миру, от Бразилии до Словакии (в том числе и в Великобритании), сформировав международную организацию, координирующую действия различных групп. Все они тоже пытаются отстоять право на свободный обмен файлами, выступают за пересмотр политики патентов, обеспокоены вероятностью возникновения «поднадзорного общества» («surveillance society»), так как в наше время социальные и технические проблемы неразрывно связаны между собой.

Файлобменники с самого своего появления стали объектом битвы. Корпорации, обладающие патентами на видео и аудиопродукцию, постоянно колебались между желанием прикрыть файлобменники и желанием распространять с их помощью свою продукцию. Американская ассоциация, объединяющая компании по производству видеопродукции (RIAA) с 2001-го года подала 40 000 исков против частных лиц, распространявших патентованную продукцию.

Следующим шагом стали атаки на частных пользователей через интернетпровайдеров (ISPs). Во Франции, например, Французская Национальная Ассамблея буквально протащила закон о «трех предупреждениях». Если пользователя три раза ловят на распространении патентованных материалов, его отключают от доступа в интернет. Оппозиционные группы сразу же обжаловали в Конституционном Суде и в Европарламенте этот закон, представив право интернет-доступа в качестве «фундаментального права человека». Хотя даже сам использовааный в данном случае пункт законодательства может быть отменен плитиками, отчаянно пытающимися прижать файлобменники.

Аналогичный механизм запрета пытается протащить и в Великобритании корпорация «Tiscali and Virgin Media» (на данный момент это единственный провайдер широкополосного кабельного Интернета в Великобритании) совместно с компанией «British Phonographic Industry». И не похоже, что все эти меры предпринимаются на добровольной основе, поскольку британское правительство сталкивается с давлением и требованием последовать примеру Франции – то есть, создать аналогичную юридическую систему, позволяющую карать нарушителей копирайта.

Все эти факты поднимают ряд вопросов – в том числе, о праве на приватность в интернете, и о принципах самой судебной процедуры. Правительства всячески стимулируют провайдеров шпионить за пользователями. Поэтому интернет, как средство координации политических акций, становится небезопасным. Люди понимают, что за ними шпионят, – не важно, касается ли дело просмотра запатентованного ТВ-шоу или планирования политической акции. Их начинают беспокоить все эти вопросы: с какой целью собирается информация о пользователях? Кто контролирует сбор и использование данных?

Подобные шаги вызывают здоровое недоверие как по отношению к государству, так и к корпорациям.

Тот факт, что компании теперь имеют право налагать административное наказание (в том числе и отключать людей от столь важного аспекта современной жизни, как интернет) без проведения стандартной юридической процедуры, переводит вопрос в политическую сферу. Как далеко это может зайти? Как насчет совместного пользования интернетом разными лицами или пользования беспроводным интернетом? Можно ли обжаловать в суде решения провайдеров и кто за это должен платить?

Телешоу

А теперь давайте подумаем, что же значат файлобменники для различных видов индустрии. Оправданы ли все эти драконовские меры?

Возьмем, например, ТВ-шоу. Наблюдавшийся в этой сфере последние годы рост обычных форм интернет-пиратства никак не был связан с файлобменниками. Как раз наоборот, продюсеры этих шоу получают преимущества, распространяя свою продукцию на дешевых серверах, позволяющих смотреть видео непосредственно через веб-браузеры – в том числе, на YouTube и BBC iPlayer.

Все прочие хостинги тоже используют патентованный материал без разрешения, различные сайты предлагают списки линков на подобную продукцию. Один из таких сайтов, TV-links, серверы которого находились в Нидерландах, был закрыт полицией Глочестершира в сотрудничестве с FACT (Federation Against Copyright Theft) – британской организацией, представляющей интересы теле-кино-индустрии. Веб-мастер сайта был арестован в октябре 2007 года – полиция весьма весьма произвольно рассудила, что противозаконны даже линки на патентованную продукцию. Веб-мастер, Дэвид Рок, занимавшийся сайтом исключительно из интереса, был вскоре освобожден без предъявления обвинения, в «связи с необходимостью дальнейшего расследования».

Откуда же закачиваются все эти ТВ-шоу, кто за них платит?

В Великобритании существует ВВС, оплачиваемое непосредственно путем продажи ТВ-лицензий, которые, в свою очередь, оплачивают зрители посредством налога. Поэтому когда ВВС устанавливает цену за DVD диск с собственным шоу в 20 фунтов, вам следует знать, что вы уже оплатили этот материал. То есть, происходит вторичная оплата ранее уже оплаченного материала.

Другие ТВ-каналы частично или полностью финансируются за счет рекламы. Однако, получается, что мы должны платить вновь – несмотря на то, что мы уже оплатили это посредством покупки рекламируемых товаров по завышенным ценам – учитывая рекламные затраты, включенные в стоимость товара.

Таким образом, копирайт – это лишь некое моральное обязательство, моральное право людей добровольно платить за то, что они уже оплатили. Платить или не платить – это должно быть добровольным делом.

Рост продаж DVD, несомненно, оказывает влияние на финансирование телевидения – но он начался относительно недавно, да и не может оставаться вечно неизменным. До тех пор, пока реклама (в том числе и такие коварные ее формы как «размещение товара») остается главнейшим фактором стимулирования продаж в капиталистической системе, коммерческие ТВ-шоу будут производиться и далее.

Голливуду – ура!

С художественными фильмами все несколько сложнее, чем с ТВ-шоу. Фильмы изначально создаются ради извлечения прибыли путем продажи билетов в прокате и продажи DVD дисков. Американская кинематографическая ассоциация (MPAA) заявляет, например, что она теряет из-за пиратов сотни миллионов долларов ежегодно.

Но уже сами способы подсчета убытков весьма некорректны и основаны на предположениях. В частности, эти подсчеты никак не разделяют убытки от бесплатных файлобменников и убытки от «традиционных» форм пиратства – то есть, от продаж дисков профессиональными «бутлегерами», которые являются такой же коммерческой структурой – то есть, зарабатывая на продажах, но не выплачивая патента держателю.

Файлобменники же предполагают бесплатный обмен материалами. Фильмы, которые можно посмотреть или загрузить, иногда закачиваются с рекламой, которую пускают, чтобы оплатить стоимость сервера. Пользователи могут обменяться материалом через сеть Р2Р (peer-to-peer). Бит-торренты или просто торренты – это, по сути, определенная форма Р2Р протокола, используемая для передачи больших файлов (в частности, фильмов). Процесс обмена файлами поделен между закачивающими и «сидерами», которые имеют копии фильмов у себя на компьютерах. Соответственно, чем больше пользователей обменивается данными файлами, тем выше скорость передачи.

Поскольку файлами обмениваются частные пользователи, используя домашние компьютеры, нет необходимости использовать пространство сервера. Следовательно, они обмениваются файлами на безоплатной основе. Между пользователями нет при этом никаких финансовых отношений, если не считать оплату самого интернета.

Подсчитывая убытки, американская киноиндустрия предполагает, что каждая созданная копия (в том числе цифровая) фильма могла бы быть оплачена покупкой лицензионного диска. Но в действительности бесплатная закачка фильма отнюдь не означает «убыток из-за отсутствия продаж». Пользователи, как правило, закачивают гораздо больше фильмов, чем могли бы себе позволить купить при отсутствии возможности бесплатной закачки. К тому же, добровольное распространение пользователями продукции ничего не стоит самим собственникам патентов.

Несмотря на возможность бесплатно скачать фильм, люди все же ходят в кино на эти же фильмы, что подтверждают рекордные кассовые сборы. Несмотря на кризис, продажа билетов на те же голливудские фильмы в 2008-м году достигла 28 миллиардов долларов. Существует, конечно, тенденция к снижению продаж дисков, равно как и к снижению раздутых прибылей кинокомпаний. Но пока у простых людей есть какой-либо доход, кинокомпаниям не грозит банкротство.

Что касается музыки

Компании, специализирующиеся на записи музыки, испытывают некоторые сложности, пытаясь приспособиться к техническим новинкам, сопутствующим росту влияния интернета. Распространение музыки через интернет – как нелегальное, так и легальное (через легальные сайты Myspace и iTunes) – резко изменило способ приобретения музыки слушателем. У людей теперь есть доступ к гораздо большему количеству музыкальных записей, и в выигрыше оказываются как слушатели, так и исполнители, получившие большую аудиторию. Технологический прогресс позволяет производить качественную запись даже на домашнем компьютере, игнорируя дорогие студии.

Ассоциация звукозаписывающих компаний (США) заявляет, что пираты наносят ей ущерб в 12 миллиардов долларов ежегодно. Но здесь имеет место та же проблема некорректного подсчета убытков, что и у кинокомпаний – ведь далеко не каждый закачанный файл был бы куплен. Да, и все прочие цифры, часто цитируемые в СМИ, являются чистейшей фикцией, имеющей целью запугать страшными для всей индустрии последствиями.

Продажи альбомов стали падать еще в 1996-м году, когда появился CD формат. Падение продаж связано не столько с файлобменниками, сколько с развитием новых форм развлечений. Определенную роль сыграло и развитие таких легальных сервисов как iTunes, позволяющих выбрать одну понравившуюся композицию (зачем покупать весь альбом из-за одной песни?).

Недавние исследования и опросы показали, что связь между падением продаж и файлобменниками не настолько прямая, как это нам преподносят. Оказывается, что те, кто чаще всего закачивает музыкальные файлы, склонны и покупать диски. Было бы наивно сказать, что файлобменники никак не повлияли на падение продаж. Но каковы бы ни были причины этого падения, они стимулируют реструктуризацию всей музыкальной индустрии. Исполнители стали больше гастролировать и зарабатывать на продаже своих дисков во время тура. Звукозаписывающие компании теперь, в свою очередь, требуют от них часть с этих заработков в обмен на «промоушн».

Музыкальная индустрия реорганизуется, пытаясь подстроиться под новые технологии. Посмотрим, что из этого выйдет. Такие музыкальные онлайн-сервисы, как Spotify и Pandora дают доступ к огромным хранилищам музыки и оплачиваются за счет рекламы и подписки. Тем не менее, они тоже выживают с трудом – так как вынуждены платить за лицензию исполнителям и музыкальным лэйблам. Распространение служб подписки на загрузку файлов (а не только на онлайн-просмотр) также рассматривается в качестве метода, способного гарантировать получение прибыли исполнителями.

Но как можно всерьез воспринимать причитания по поводу убытков со стороны таких до неприличия богатых исполнителей как Metalliсa и Элтон Джон, вставших во главе антипиратских кампаний? Все это ради того, чтобы Элтон Джон смог позволить себе шестой особняк или Ларс Ульрих смог начать собирать новую коллекцию современного искусства стоимостью 10 миллионов долларов? Я уже не говорю о музыкальных лэйблах, неплохо зарабатывающих на давно умерших исполнителях, используя патенты 70-летней давности.

Однако, нельзя и игнорировать факт существования малоизвестных, нераскрученных исполнителей, а также тех, кто никогда не придавал особого значения этим вопросам – например, такого идола левых, как Билли Брэгг. Они ведь тоже должны что-то зарабатывать.

Некоторые пользователи бесплатно закачивают музыку известных исполнителей, но покупают альбомы малоизвестных исполнителей – в том числе и инди-лейблы. Поэтому необходимо отличать богатого слушателя, закачивающего чей-то дебютный альбом и бедного студента, закачивающего последний альбом той же Metalliсa. Все это следует обсуждать, об этом необходимо дискутировать.

Конечно, если каждый из нас (в независимости от дохода, весьма своеобразной буржуазной морали, и уважения к творческой работе) будет бесплатно закачивать фильмы и музыку, игры и программы, и при этом не будет ходить на концерты и в кино, – то эти виды индустрии попросту отомрут. Но этого-то как раз и не происходит, что уже само по себе говорит о подлинной сущности войн с интернет-пиратством. Просто всеобщий свободный доступ к фильмам, играм и музыке не воспринимается как нечто логичное, пока все это является товаром, продающимся на капиталистическом рынке.

Поэтому пиратство само по себе не предполагает решения проблемы. Настоящие пираты, грабившие на кораблях награбленное ранее европейскими колонистами, тоже не решали проблему империализма. Кражи в магазинах тоже не решают проблему бедности и господства корпораций супермаркетов. Уличное искусство и граффити могут лишь намекать на необходимость возвращения публичного пространства, находящегося в частной собственности, используемого лишь ради извлечения прибыли. Организованная профсоюзами забастовка не решает проблему эксплуатации раз и навсегда. Файлобменники тоже являются лишь реакцией на существование проблемы – но не ее решением. Суть же данной проблемы заключается в превращении самой культуры в товар и слишком неравном распределении доходов при капитализме.

Интересно, что файлобменники – это, преимущественно, прерогатива молодежи. Тому есть много причин. В первую очередь, сказывается компьютерная грамотность – ведь те из нас, кто вырос в эпоху интернета, лучше в нем разбираются. Во-вторых, играет роль фактор относительной бедности – школьники и студенты либо безработны, либо работают, но получают меньше, хотя их эксплуатируют по-полной. Они не могут позволить себе брать диск напрокат каждый раз, когда захочется посмотреть фильм, или заплатить 12 фунтов за новый альбом. У молодого человека, как правило, нет крупного банковского счета, позволяющего ему свысока посмеиваться над музыкантами и кинопродюсерами, работающими ради его развлечения.

Наш выбор состоит не в том, чтобы покупать или бесплатно скачивать. Мы вынуждены выбирать: либо скачивать, либо вообще не иметь доступа к большей части того, что представляет собой сейчас наша культура.

Нельзя игнорировать и тот факт, что молодежь менее «включена» в эту систему. Как показывает популярность Пиратской партии, молодежь желает оспорить само право интеллектуальной собственности. Но мы не должны ограничиваться лишь этой проблемой. Наш опыт говорит, что многие вопросы, в том числе и вопросы собственности, взаимосвязаны между собой. Следует расширить сферу деятельности «пиратов» и на другие аспекты. Хотя некоторые пиратские партии и пытались вначале дистанцироваться от стандартного политического разделения (правые/левые) – как ранее некоторые партии «зеленых» – но сам объект их интереса, равно как и дальнейшая перспектива их деятельности, просто не могут не направить «пиратов» влево. Например, Шведская Пиратская Партия уже требует радикального перевода в общественную собственность компаний, занимающихся фармацевтическими исследованиями. Они пришли к этой позиции в процессе борьбы за отмену международных патентов на лекарства.

Левые должны подключиться к решению этих вопросов: бороться с попытками криминализировать и уголовно преследовать файлобменники, бороться против нарушения гражданских прав, против попыток правительств и частных компаний шпионить за гражданами в интернете. Левые должны поддерживать право художников и музыкантов на оплату творческой работы – но одновременно признать, что мы живем, в несправедливом мире, а пиратство делает его хоть немного, но справедливей.

«Собственность есть кража» – писал Прудон. Пираты сделали первый шаг к тому, чтобы преодолеть неравенство в доступе к интеллектуальному продукту – но первый шаг предполагает и следующие шаги. Нужно идти дальше, а борьбу с правом интеллектуальной собственности необходимо связать воедино с классовой борьбой и движениями сопротивления. Только таким образом можно справиться с причинами несправедливости в обществе.

Frontline (январь 2010)

Перевод Дмитрия Колесника


Підтримка
  • BTC: bc1qu5fqdlu8zdxwwm3vpg35wqgw28wlqpl2ltcvnh
  • BCH: qp87gcztla4lpzq6p2nlxhu56wwgjsyl3y7euzzjvf
  • BTG: btg1qgeq82g7efnmawckajx7xr5wgdmnagn3j4gjv7x
  • ETH: 0xe51FF8F0D4d23022AE8e888b8d9B1213846ecaC0
  • LTC: ltc1q3vrqe8tyzcckgc2hwuq43f29488vngvrejq4dq
2011-2018 © - ЛІВА інтернет-журнал