Болсонару против МадуроБолсонару против Мадуро
Болсонару против Мадуро

Болсонару против Мадуро


Дмитро Штраус
Объективно, Мадуро мало что может сделать для быстрого преодоления сложившейся ситуации

17.01.2019

10 января Николас Мадуро вступил во второй президентский срок – причем, в исключительно сложных условиях. Хотя он и получил более 60% голосов, которые были поданы за действующего президента на состоявшихся  в мае прошлого года выборах, стоит учесть, что в них участвовало менее половины имеющих право голоса венесуэльцев.  А процент участия в голосовании на этих выборах стал самым низким с момента знаменитых выборов 1998 года, которые принесли историческую победу  Уго Чавесу. 

Естественно, факт низкой явки, который логично связывают с бойкотом со стороны основных оппозиционных сил, вовсю используется США и зависимыми от них правительствами латиноамериканских стран – для того, чтобы объявить выборы незаконными, и назвать самого Мадуро нелегитимным президентом, узурпатором и диктатором.  Хотя, при этом, даже такая низкая для Венесуэлы явка избирателей лишь немного уступает аналогичному показателю  в самих Соединённых Штатах и даже выше, чем в некоторых критикующих Венесуэлу государствах Латинской Америки.  

Естественно, низкий процент явки на выборах в Венесуэле отражает разочарование местных жителей, которые не доверяют ни оппозиции, ни правительству.  Я знаю немало бывших сторонников Чавеса и Мадуро, которые ныне именуют последнего «предателем», «разрушителем дела Чавеса», «коррумпированным диктатором», и т.п. – обвиняя его во всех смертных грехах. Причём нападкам подвергаются даже те действия правительства Мадуро, которые являются продолжением политики Чавеса. 

Так, от недавних чавистов можно услышать обвинения в том, что Мадуро превратил Венесуэлу в  «китайско-российско-кубинскую колонию» – хотя, при этом, никаких особых изменений в отношениях с вышеупомянутыми странами при Мадуро не произошло.  Те же люди обвиняют правительство Мадуро в «жестоком подавлени» антиправительственных беспорядков в 2017 году – хотя они же называли «террористами»  участников предыдущих беспорядков 2014 года.  Никакой существенной разницы между этими двумя инцидентами  не было – в обоих случаях произошли чрезвычайно агрессивные выступления оппозиции с требованиями отставки Мадуро, в обоих случаях были десятки  жертв среди участников беспорядков, случайных прохожих, «силовиков» и сторонников правительства. Однако, по мнению критиков Мадуро, в первом случае всю ответственность за жертвы несли штурмовики оппозиции, а во втором – «коррумпированные псы диктаторского режима». 

Одна из самых сильных сторон Чавеса – то, что он умело сплотил вокруг себя людей самых разных взглядов – пошла сегодня во вред его политическому наследию.  Резкое ухудшение экономического положения Венесуэлы, в сочетании с отсутствием у Мадуро бесспорного  ораторского таланта Чавеса, привело к тому, что множество его сторонников  разочаровалось в процессе боливарианских реформ. Некоторые из них стали критичными и к самому Чавесу – но большинство противопоставляют покойного президента Мадуро, делая это по достаточно наивной схеме: «великий лидер и его недостойный преемник».  

Против Мадуро настроено и большое число бывших высокопоставленных соратников Чавеса.  Среди них – Рафаэль Рамирес, который являлся при Чавесе влиятельным министром нефтяной промышленности и возглавлял государственную нефтяную компанию PDVSA. Давно отстранённый Мадуро от руководства «нефтянкой», он до конца 2017 года занимал почётную и ответственную должность представителя  Венесуэлы при ООН.  Но после начала антикоррупционной «чистки» в PDVSA, которая обернулось арестами десятков её высших чиновников и подрядчиков, связанных с ее бывшим руководителем, Рамирес был отправлен в отставку и не стал возвращаться в Венесуэлу. Проживая сейчас в неизвестном месте, он регулярно публикует в интернете антиправительственные статьи, всячески подчёркивая свою роль верного соратника Чавеса. Причем, в последней статье, опубликованной перед инаугурацией Мадуро, Рамирес открыто призвал к военно-гражданскому мятежу против «узурпатора».

Однако, влияние Рамиреса на массы близко к нулю – оставшиеся верными Мадуро чависты считают его предателем и коррупционером,  который обманывал Чавеса,  а сторонники правой оппозиции ненавидят его за ту роль, которую он сыграл в преодолении нефтяного саботажа 2002-2003 годов – не забывая, что возглавляя PDVSA Рамирес всячески подчёркивал свою  революционность и приверженность «боливарианскому социализму». Разочаровавшиеся в Мадуро чависты тоже относятся к нему отрицательно, считая, что Рамирес просто не поделил власть с Мадуро.  Действительно, бывшему главе «нефтянки» трудно объяснить, почему вплоть до своего ухода в отставку он не критиковал действующего главу государства – этого «убившего боливарианскую революцию в колыбели Ирода» и «разрушителя наследия Чавеса», как он именует его сегодня. Однако, при всем при этом не стоит недооценивать суммарного влияния многих бывших министров, и других высокопоставленных сторонников Чавеса, выступающих сейчас против Мадуро.   

Авторитет Мадуро невысок и у многих венесуэльцев, которые формально сохранили ему прежнюю верность. Недавно я разговаривал с такими людьми, которые проживают в одном из самых «чавистских» районов Каракаса. Они начали разговор по-венесуэльски оптимистично, выражая надежду на улучшение экономического положения Венесуэлы – в частности, за счёт планируемого увеличения добычи золота – высмеивали санкции Трампа, критиковали правую оппозицию и выражали уверенность в том, что прежние дочавесовские силы никогда не вернутся к власти.

Но стоило мне коснуться темы полицейской коррупции – а, конкретно, взяточничества полиции, которая покрывает спекулянтов дешевыми продуктами, проданными правительством по фиксированным ценам – как разговор принял совсем другой оборот. Мне рассказали, что министерства, силовые структуры и коммунальные советы кишат сторонниками оппозиции, предателями и ворами, а высшие должностные лица полностью утратили контакт с народом, лишения которого их не волнуют. Правительственные продуктовые наборы – так называемые «коробки КЛАП» – приходят к ним наполовину разворованными. Хотя, замечу, что по месту моего жительства упомянутые наборы выдаются совершенно целыми.

Эти люди убеждены: если Мадуро не исправит положение к середине года, то неплохо было бы отстранить его от власти – особо подчёркивая, что это должны сделать некие силы внутри чавистского движения. Осталось неясным лишь то, откуда возьмутся эти здоровые силы – если вокруг и вправду одни воры и предатели?

Неспособность прекратить открытую деятельность уличных спекулянтов и обуздать повышающих цены торговцев, которые демонстрирует сегодня Мадуро, приводит к тому, что и среди разочаровавшихся чавистов и «демократических оппозиционеров» становится популярным печально известный диктатор Маркос Перес Хименес – генерал, который находился у власти в пятидесятых годах прошлого века. Недавние противники – бывшие поклонники народовластия по Чавесу и представительной демократии дочавесовского образца – дружно вспоминают о том, каким стабильным был при диктаторе курс боливара, как быстро строились в те времена дороги, одновременно набивая тюрьмы представителями криминала.

При этом забываются детали правления Переса Хименеса – например, то, что население страны в основном составляли тогда крестьяне, которых не нужно было кормить, а его число не превышало 6-7 миллионов. При этом, нефть в Венесуэле в то время уже вовсю добывалась, цены на неё были высокими, а добыча не требовала существенных затрат. Сам диктатор вовсе не пользовался народной любовью – атмосфера эйфории, охватившей Венесуэлу после его свержения,  хорошо описана современниками. И неудивительно – ведь «продвигавший ценности честного труда и законопослушания» Перес Хименес распоряжался казной страны как своим собственным кошельком, прихватив ее часть во время бегства во франкистскую Испанию, где он целых сорок лет продолжал жить в роскоши.

Объективно, Мадуро мало что может сделать для быстрого преодоления сложившейся ситуации. Добыча нефти в стране находится сейчас на рекордно низком уровне, а другие возможные источники поступления валюты – например, то же золото – являются полезным дополнением к экспорту нефти, но никогда не смогут его заменить. Над увеличением добычи нефти можно работать либо в так называемом Нефтяном поясе Ориноко – где она настолько тяжёлая, что вплоть до прошлого десятилетия считалась не нефтью, а битумом – либо на истощённых месторождениях остальной части страны. В каждом из этих случаев требуется применение затратных технологий – в то время как у страны почти нет ресурсов. Причем, амбициозные планы освоения Нефтяного пояса Ориноко были провалены правительством даже в сравнительно благополучной ситуации прежних лет, когда у страны еще были деньги. 

Действия по индустриализации и развитию сельского хозяйства, которые предпринимались при Чавесе и Мадуро, зачастую выражались в бесконтрольной раздаче кредитов или непродуманной закупке бездействующего сейчас оборудования – а потому принесли очень недостаточные результаты. Между тем, в обозримом будущем Венесуэле по-прежнему будет нужна валюта – в том числе, для самого элементарного удовлетворения потребностей населения в продовольствии и товарах первой необходимости.

Кроме того, экономический кризис почти парализовал сегодня работу правительства. Государственные служащие, которые зарабатывают сейчас намногим меньше уличных торговцев, массово увольняются, или находят приработки в ущерб своей основной деятельности. Недавно я разговаривал с начальником группы программистов важного министерства – молодым и образованным последователем идей Чавеса. Он рассказал мне, что работающие под его началом программисты нередко работают во время службы на сторонних клиентов, посвящая министерским делам оставшееся после этого время. И руководство вынуждено закрывать глаза на сложившуюся ситуацию – поскольку в противном случае его программисты попросту разбегутся. Вероятно, похожим образом обстоят дела и в других государственных структурах Венесуэлы – причем, всё это происходит в ситуации, когда против страны ведётся экономическая война, её международные платежи задерживаются, поставки продовольствия затягиваются, а против курса национальной валюты ведётся постоянная игра на понижение.

В этих условиях правительство Мадуро пока что спасает только инерция первоначальных успехов Чавеса, поддержка армии, а также разобщённость и непопулярность оппозиции, многие сторонники которой – в основном, не очень бедные люди – массово выехали за рубеж. Отклик на масштабную пропагандистскую кампанию в социальных сетях с призывами к военному мятежу и акциям гражданского неповиновения, которую проводили начиная с 10 января правые, был откровенно слабым. «Кастрюльный концерт» по случаю «узурпации» Мадуро президентского поста был еле слышен из моего дома и продолжался около двух минут – при том, что я прекрасно помню мощные и длительные кастрюльные акции 2014 и 2017 годов в поддержку участников беспорядков. 

Парламент Венесуэлы – чей законодательный статус был приостановлен правительством еще два с половиной года назад из-за отказа выполнить решение Верховного суда – объявил о «вакууме власти» в стране в связи с нелегитимностью Мадуро, и даже «назначил» исполняющим обязанности президента страны своего председателя – молодого и малоизвестного оппозиционного политика Хуана Гуайдо. Однако, такой шаг главным образом вызвал у венесуэльцев равнодушие, удивление и шутки – вроде предложения разделиться на Северную и Южную Венесуэлу, которое я услышал на днях от своего соседа.

Однако, некоторые внешние силы вовсе не склонны шутить по этому поводу. О признании Гуайдо в качестве президента Венесуэлы поспешил заявить только что пришедший к власти в Бразилии ультраправый политик Жаир Болсонару, чьи взгляды делают его похожим на некую помесь Трампа, Жириновского и Порошенко и Парубия. А глава марионеточной Организации Американских Государств Луис Альмагро заявил, что эта структура признает «послов Венесуэлы», которых назначит Гуайдо. 

Подобные заявления открывают путь к возможной интервенции против Венесуэлы.  Здравомыслящий и довольно популярный в своей время оппозиционный венесуэльский политик Клаудио Фермин сразу же заявил, что Мадуро является законным президентом – поскольку он выиграл выборы, а процент их участников не противоречит конституции страны.  Вероятно, он тоже опасается военного вторжения из-за рубежа. Экономические проблемы страны отходят в этой ситуации на второй план – однако, если Мадуро сумеет избежать нападения внешних сил, исправление экономических ошибок все равно останется для него неотложной задачей и займёт много времени – причем, без реальной гарантии успеха.

Дмитрий Штраус

Читайте по теме:

Артем Кирпиченок. Бразилия: и пришли фашисты

Илья Знаменский. Кампо Гранде: три века сопротивления

Дмитрий ШтраусКризис в Венесуэле: ошибки Чавеса

Славой ЖижекСердце больше жизни

Дмитрий КолесникНиколас Мадуро. «Тень Чавеса»

Андрей МанчукТри встречи с Чавесом

Дмитрий ШтраусЕсть ли голод в Венесуэле?

Олег ЯсинскийCarta para Chavez

The EconomistПоследний бой Чавеса

Дмитрий ШтраусСемь часов в очереди к Чавесу

Джордж Чикарелло-МаррНародная милиция и революция


Підтримка
  • BTC: bc1qu5fqdlu8zdxwwm3vpg35wqgw28wlqpl2ltcvnh
  • BCH: qp87gcztla4lpzq6p2nlxhu56wwgjsyl3y7euzzjvf
  • BTG: btg1qgeq82g7efnmawckajx7xr5wgdmnagn3j4gjv7x
  • ETH: 0xe51FF8F0D4d23022AE8e888b8d9B1213846ecaC0
  • LTC: ltc1q3vrqe8tyzcckgc2hwuq43f29488vngvrejq4dq
2011-2018 © - ЛІВА інтернет-журнал