Ислам не съестИслам не съест
Ислам не съест

Ислам не съест


Олжас Кожахмет
Я не хуже вас знаю, что лучшее лекарство от религии – это не пуля в лоб и не глумливая карикатура, а социальная обеспеченность, наука, образование и культура

Теги матеріалу: європа, близький схід, клерікалізм, лібералізм, нацизм, срср-ex
10.01.2015

Этот город боится меня, я видел его истинное лицо.

Улицы – продолжение арыков, которые заполнены кровью. И когда стоки будут окончательно забиты, то вся эта мразь начнёт тонуть. Когда скопившиеся грязь обскурантизма и варварства вспенится им до пояса, все либеральные политиканы посмотрят вверх и возопят: «Спаси нас!».

А я прошепчу: «Давно предупреждал».

Трагедия, случившаяся намедни в центре Парижа и вызвавшая, в том числе и в социалистических кругах, бурную и горячую как забытый на огне чайник, дискуссию, в ходе которой прозвучал и столь лестный нам вопрос: «А что думают по этому поводу товарищи из мусульманского региона постсовковии»?

Не беря на себя наглость говорить от лица всей туркестанской левой (хотя и подозреваю, что товарищи согласятся с большей частью сказанного ниже) выскажусь индивидуально, а потому не выбирая выражений (чай не Париж, не застрелят) и с полным забвением норм коммунистической политкорректности.

Словом, товарищ Олжас думает что вы, dear white left people, проживающие в упоительном пространстве от Москвы до Лондона несколько… зарапортовались.   

Что я слышу?

Облагороженную и ретушированную версию мещанско-каннибальской мантры с  осуждением насильника, но обвинением жертвы.

То, что за картинки людей убивать, конечно же, нельзя, но оскорблять чувства мусульман, угнетаемого (стигматизированного, маргинализированого, геттоизированного, прекаризированного, колонизированного, демонизированного) меньшинства – харам.   

Ваша, говорят, исламобофия огорчает рабочего Махмуда. Его сакральное пролетарское право считать женщин людьми второго сорта, гомосексуалов – нелюдями, засирать своим детям мозг, черпать знания о мире из телефонного справочника надиктованного эпилептоидным скотоводом и верить, что за всё это его ждет после смерти небесный курорт с 40 ламповыми целками.  

Уже здесь возникает целый ряд интересных вопросов. Почему вместо отказа от религии Махмуду предлагается особая защита его предрассудков? Откуда проистекает уверенность, что в благодарность за такую заботу он займётся классовой борьбой, а не убийствами чести, участием в гибридных войнах или преступлениях вроде этого? Какое вообще отношение имеет борьба за права мигрантов к праву исповедовать мракобесные воззрения?

Поскольку дежурный набор ответов на подобные рассуждения уже давно канонизирован, возразить будет совсем несложно – но необходимо для уточнения системы координат и доказательство того, что я вам действительно единомышленник, а не замаскированный праволиберал.

Постные рассуждения о религиозной составляющей многих революций прошлого, катарах и альбигойцах, красной пасхе и теологии освобождения, я позволю себе проигнорировать, поскольку в них не верят даже те, кто озвучивает.

Указания на исламский социализм, это больное и дегенеративное дитя холодной войны, не годятся уже очень давно и по очевидным причинам.

Пример аж целого Гейдар Джахидовича Джемаля, который широко известен работникам СМИ и политическим активистам, но не российско-СНГовской умме, стал уже настолько неприличным, что вы, наверное, и приводить его постесняетесь.

Да, я вижу роль евро-американского империализма.

Да, я не хуже вас знаю, что лучшее лекарство от религии – это не пуля в лоб и не глумливая карикатура, а социальная обеспеченность, наука, образование и культура.

Это никак не отменяет моего вопроса: что делать нам и нашим соседям по региону в данный конкретный момент и ближайшие десятилетия?

Мировая революция, она ведь все равно не скоро, даже с поправкой на греческие выборы – а эта муслимская горилла в автобусе (на улице, в магазине, в очереди, в Фейсбуке) недобро пялится уже сейчас.

Вообще, проблема тут видимо в оптике. Знаете, как в первоначальном отношении европейских левых к Израилю. Тогда, если помните, многие из них не сразу свыклись с мыслью, что еврейский народ, этот локомотив левого прозелитизма, эти милые и трогательные интеллигенты со скрыпочками могут в известного рода занятиях проявить себя не хуже чем нацистские коменданты и американские сеттлеры.

Нечто до боли похожее мы наблюдаем в нашем случае. Белые товарищи и товарищки из европейских мегаполисов удивляются, почему люди с именами Фарид, Азиз и Олжас больше всего негодуют по поводу случившегося и слышать ничего не хотят о проблеме исламофобии?

Нет ли в этом интернализированного расизма прозападных интеллигентов, трагически оторванных от чаяний трудового народа, но не соизволивших ознакомиться с главной работой Эдварда Саида? – задаются они глубокомысленным вопросом.

Хотя ответ очевиден до неприличия: в наших странах нет проблемы исламофобии.

Есть проблема ислама.

В группе бородато-безусых юношей, упакованных в дурацкие балахоны и подстреленные штанишки, умиленный европеец видит ориентальных детишек, которых нужно защитить от полицейского досмотра или нападения бонов.

Мы же видим собственно компанию бонов, пышущих ненавистью к иноверцам (на практике, хваленный мусульманский космополитизм не столь уж распространен, для многих наших правоверных русский или кореец – уже враг), «бесстыжим» женщинам, геям (которых они, правда, в глаза не видели) и вообще кяфирам.

Эксцентричный глава и единственный активист виртуального Союза мусульман Казахстана Мурат Телибеков, который публично признавался в намерении растлить малолетнюю девочку и подрядил своих студентов в обмен пятерки ставить уличные спектакли об ужасе однополых браков, – это наши Милонов, Энтео и Охлобыстин в одном лице.       

Женские медресе, в которых осатаневшие от безнаказанности муллы склоняют послушниц к сожительству, собирая целые гаремы, это… ну вот это самое и есть.

Целая прослойка адвокатов, менеджеров среднего звена, владельцев среднего и крупного бизнеса, журналистов, художников, режиссеров и PR-менеджеров – готовые спонсоры паралимитарных организаций и сладкоголосые певцы грядущего Регрессанса    

Словом, фашизация центральноазиатских обществ будет происходить (и уже происходит) в форме исламизации.

Карнавальные национал-демократы, в лучшем случае, станут неудачливыми конкурентами мусульманских ультрас, а в худшем, будут поглощены ими.

Предотвратить пакистанский сценарий развития событий (он пока в зачаточном состоянии) может лишь решительная и наступательная стратегия по отношению к исламу во всех областях.

Предложить таковую может только левая политическая сила, которая на уровне лозунгов, возможно, будет сильно смахивать на британскую Ukip или Пима Фортейна.   

И плевать, что скажут по этому поводу европейские товарищи.

Олжас Кожахмет

Читайте по теме:

Андрей Манчук. «Ленинджилик... Буржуйда баш»

Георгий КомаровПолумесяц как бумеранг

Андрей МанчукДолгая дорога к храму

Дэн КоваликВ логове льва

Славой ЖижекЛишь горящая церковь светит

Андрей МанчукПарижские погромы

Ален БадьюРасизм интеллектуалов

Ричард СеймурО «Шарли Эбдо»


2011-2017 © - ЛІВА інтернет-журнал