Другое лицо французской анимацииДругое лицо французской анимации
Другое лицо французской анимации

Другое лицо французской анимации


Ірина Чеботнікова
Задача искусства – через эффект отчуждения (остраннения) показать «другой мир», которым на самом деле является наша действительность

03.05.2013

Киноклубу социального кино в ГО «Альтерра» исполнилось четыре года. Его организаторам и симпатикам посвящаю это эссе.

Любой вид искусства содержит произведения двух направлений, первое из которых мы назовём развлекательным (иногда оно может быть подано качественно и масштабно, как, блокбастеры с многомиллионным бюджетом). Второе направление включает в себя произведения, которые интуитивно можно отнести к Искусству. Кто-то называет их элитарными, кто-то – рассчитанными на «широкого и глубокого зрителя». Я же хочу дать своё определение. Произведения второго направления содержат анализ конкретных ситуаций, переданный средствами соответствующего вида искусства, и выражают сверхидею, как правило, обобщающего характера, введённую в исторический контекст определённой эпохи. Другими словами – на материале конкретной эпохи автор делает выводы о всемирно-историческом значении этой эпохи и обрисовывает её закономерности, пользуясь доступными ему изобразительными средствами и образным языком.

Цель данного анализа – выделить несколько короткометражных лент из программы анимационных фильмов, недавно представленных в киноклубе социального кино, которые относятся ко «второму направлению» французской анимации. И, не скрою, рассказать о тех из них, которые произвели на меня наибольшее впечатление.

«Три изобретателя» Мишеля Осело (Les Trois Inventeurs, 1980) – чудесно сделанный мультфильм, повествующий о противостоянии разума и косности. Гибель семьи изобретателей из-за человеческой глупости и зависти – метафора трагедии просветителей, если понимать эпоху Вольтера по Адорно и Хоркхаймеру. Чиновничий произвол, покрывающий глупость и приближающий гибель, – вот художественное обобщение, замысел которого вбирает в себя истории Сократа, Джордано Бруно, легендарных архитекторов собора Василия Блаженного, луддитов и многих, многих других.

Ироничное авторское замечание в конце фильма – «Нет, это не правда, такого не могло быть. Приглядитесь внимательнее – это всего лишь кино» – возвращает нас по эту сторону экрана и даёт повод критически оценить действительность ХХІ века. Разве это только кино? Нет, не только: создать у зрителя иллюзию ненастоящей жизни, а потом вернуть его в реальность, можно, используя и картинку на мониторе.

Если «Три изобретателя» утверждают «Не может быть!», – подразумевая, конечно же, обратное, – то «Разрядка» Пьера Дюко (La détente, 2011) непосредственно показывает, как бывает. Солдат в окопах Первой мировой войны вдруг превращается в солдатика, получающего ромашки и конфеты вместо пуль и бомб, – злая насмешка над любителями компьютерных игр и реконструкций. Но здесь есть и другие смыслы: возможно, это сам солдат видит себя забавным человечком, который без труда берет крепости и выигрывает «маленькие победоносные войны». Понять корни такого ложного сознания легко – его формирует имперская пропаганда. Храбрые солдаты, спасающие детей от грубых терорристов, самоотверженные офицеры, которые приносят свою победу на алтарь демократии, добрые миротворцы, черпающие мирру касками – согласно мнению белорусской поэтессы Марийки Мартысевич. Все государства мира имеют армии, но об успехах нескольких из них мы слышим регулярно – например, Pentagon Channel или Future Weapons повествуют о непобедимых армадах НАТО, а французская пресса расписывает успехи военной «демократизации» в Сахаре.

Армия любой империи и любого буржуазного государства – карательный орган. Но сами солдаты – это безликая масса, идущая на бойню. Безликая – еще и потому, что в противогазах. Такой показана армия в «Марше безымянных» Жана Константиала, Николя Лавердюра и Луки Вигру (La marche des sans nom, 2006). Неведомая сила управляет ими, контролирует их, регулирует ход войны по своему усмотрению. В мультфильме эта сила персонифицирована в образе господина в маске, издевательски аплодирующего солдату (герой, против своей воли внезапно оказавшийся на сцене и ставший объектом внимания – приём из Бунюэля).

Этот господин – не собственно капиталист, но один из тех, кому выгодна война и интересна человеческая смерть. Неуловимый, меняющий свой рост, невидимый – он бестелесный дух, а единственный солдат, увидевший его, погибает. Мы не можем сказать «Маска, я тебя знаю!», потому что мы в действительности не знаем, кто именно этот серый кардинал.

Если мы не знаем, кто это, то нет и способа уничтожить его – спектакль продолжается, и империалисты по прежнему поддерживают свое господство. Более оптимистически настроен автор мультфильма «Месье Кок» Франк Дьон (Monsieur COK, 2008), где архисознательный рабочий убивает своего бывшего работодателя – фабриканта-монополиста, отправившего его на войну. Лента интересна художественным воплощением марксистских мыслей: победить одного капиталиста, не уничтожив системы, нельзя; такая победа невозможна без жертв и самопожертвования в том числе; массы рабочих не осознают себя как класс и потому не борются за свои интересы.

Показателен и образ самого месье Кока: он заложник системы, он поставлен управлять корпорацией, но не умеет ничего, кроме поедания поп-корна, просмотра комедий и позирования для журналов типа Forbes – таким его воспитали. Он никто без охраны и обслуги, а со временем его место займёт такая же марионетка. Здоровая традиция народного смеха над голым королём отличает «Месье Кока» от зловещей безысходности «Марша безымянных» – хотя сюжет этой пессимистической ленты пока что ближе к действительности.

Ещё один смешной и серьёзный мультфильм – «Кукла Берни» Яна Жуетта (Berni's Doll, 2007). Фантастический сюжет – покупка девушки по частям – наталкивает на размышления о сексуальном рабстве, о секс-индустрии в странах с первого по третий мир, о насилии в семье, и, конечно, об отношении к женщине. Уважение, внимание, любовь – всё это не об отношении Берни к его кукле. Работника фабрики по производству кошачьего корма, измученного механичной работой, волнуют исключительно вопросы половой жизни. Безымянная кукла терпит его, пока не получает голову… И Берни искренне не понимает причин разрыва! А ведь всё просто: если женщина осознала себя как человека, а не как тело, отныне она противится всяктй эксплуатации. Удивительно то, что хотя спрос на кошачий корм как будто бы небольшой, таких берни всё ещё ох, как много.

Задача Искусства – через эффект отчуждения (остраннения) показать «другой мир», которым на самом деле является наша действительность, со всеми её проблемами, смешными и страшными персонажами. И заставить зрителя сделать выводы, направленные на изменение этой действительности. Авторы большинства (хотя и не всех) мультфильмов, показанных в киноклубе социального кино, успешно справились с этой задачей. А значит – создали произведения, стоящие того, чтобы обратить на них внимание.

Ирина Чеботникова

Программа показа

Читайте по теме:

Александр Гусев. Docudays UA. Дневник фестиваля

Лидия Михеева. Что смотреть восьмого марта

Георгій Ерман. Кіно, що кличе змінити світ

Майкл Мур. Я не поддерживаю наших солдат

Андрей Манчук. Интервью со Светланой Басковой

Бернардо Бертолуччи. Сжатый кулак в Венеции

Кен Лоуч. Воссоздать дух сорок пятого

Андрей Манчук. Новости имперской географии

Джастин Раймондо. Наполеон в Мали


Підтримка
  • BTC: bc1qu5fqdlu8zdxwwm3vpg35wqgw28wlqpl2ltcvnh
  • BCH: qp87gcztla4lpzq6p2nlxhu56wwgjsyl3y7euzzjvf
  • BTG: btg1qgeq82g7efnmawckajx7xr5wgdmnagn3j4gjv7x
  • ETH: 0xe51FF8F0D4d23022AE8e888b8d9B1213846ecaC0
  • LTC: ltc1q3vrqe8tyzcckgc2hwuq43f29488vngvrejq4dq
2011-2018 © - ЛІВА інтернет-журнал