Страсти по МахноСтрасти по Махно
Страсти по Махно

Страсти по Махно


Вячеслав Азаров
Под видом борьбы с наследием тоталитарного режима уничтожается и оскверняется всякое историческое наследие левой политической культуры

15.03.2019

История «цветных революций» в Украине – это заезженная пластинка с повторением идентичных аккордов. После банкротства первого майдана и порожденного им оранжевого режима Виктора Ющенко националисты пытались выехать на имени Нестора Махно, выдавая его за «степную версию» Степана Бандеры. И сейчас это повторяется снова – заручившись согласием внучатого племянника, чиновники Порошенко – от администрации Гуляйпольского района до министра иностранных дел Климкина – предпринимают усилия для перезахоронения праха великого анархиста, чтобы перенести его с парижского кладбища Пер-Лашез в родное Гуляйполе.

После фактического переворота в 2004 году эйфория первого националистического проекта быстро сошла на-нет в многонациональной и поликультурной Украине. Действующая власть стремительно теряла поддержку, оппозиция в юго-восточных регионах росла – и Ющенко срочно понадобился проект электорального освоения Юго-Востока, основанный на использовании образов местных исторических деятелей. А, не считая фигур советской эпохи, наиболее раскрученным образом и настоящим народным героем этого края является именно Нестор Махно.

Реализация этого политического проекта началась с музыкально-литературного фестиваля «День Независимости с Махно», который открылся 24 августа 2006 года в Гуляйполе. Его организаторы микшировали главный государственный праздник с образом всемирно известного украинского анархиста, который всегда являлся противником государственности. И неискушенные в махновских идеях массы вполне могли бы принять этот обман за чистую монету – если бы не публика, собравшаяся на празднества в Гуляйполе, куда съехались ультраправые националисты со всех уголков страны. На фестивале развевались бандеровские флаги, а со сцены звучали русофобские и антисемитские лозунги. Такая фальсификация полностью извращала саму идею ультралевого и интернационального махновского движения – ведь в Революционной Повстанческой армии Махно числились греческие полки, еврейская рота и батарея, конный полк крымских татар, батальон китайцев, не говоря уже о массах украинцев и русских. Этот состав вполне отражал пестрый полиэтнический характер населения Левобережной Украины, и неудивительно, что махновцы являлись принципиальными противниками всякого национализма – что неоднократно испытали на своей шкуре разбитые повстанцами петлюровские войска.

В махновских школах преподавали на том языке, который совместно избрали ученики, вместе с их родителями и учителями. А приказ Махно от августа 1919 года ясно указывал: «каждый революционный повстанец должен помнить, что как его личными, так и всенародными врагами являются лица богатого буржуазного класса, независимо от того, русские ли они, евреи, украинцы… За насилие же над мирными тружениками, к какой бы национальности они не принадлежали, виновных постигнет позорная смерть».

Попытка рейдерского захвата образа Нестора Махно провалилась. Активисты Союза анархистов Украины (САУ) приняли заявление против приехавших на фестиваль националистов и распространили протестные листовки. Побывавшие на «Махно-фесте» товарищи из Революционной конфедерации анархо-синдикалистов (РКАС) тоже посчитали это глумлением над памятью Батьки и покинули Гуляйполе. Тем не менее, фестиваль взял под свой патронат тогдашний министр внутренних дел Юрий Луценко – который даже подарил родине Махно его бронзовый памятник. Украинские анархисты были искренне поражены полицейскими посягательствами на образ великого безвластника и борца с полицейщиной, но подоплека дела оказалось очень простой – собранная на фестиваль массовка помогла Луценко основать партию «Народная самооборона», в составе которой смогли пройти в Раду обанкротившиеся оранжевые политики.

Попытки приватизации махновского движения не прекращались до самого конца президентства Ющенко. Так, в в 2010 году на Банковой вполне серьезно рассматривали Нестора Махно среди претендентов на присвоение звания «Герой Украины», наряду со Степаной Бандерой – против чего также выступил Союз анархистов Украины. Впрочем, на этот шаг власти все-таки не пошли – в силу того, что украинский анархист показался им слишком подозрительной и враждебной фигурой.

Второй майдан в Украине намного превосходил «Оранжевую революцию» в смысле националистического радикализма. После его победы в стране было задавлено организованное левое движение в нашей стране – включая и анархистов. В рамках закона о декоммунизации любые сторонники левых взглядов лишены реальной свободы слова и собраний, подвергаются уголовному преследованию, становятся мишенями нападения ультраправых. Социальные митинги разгоняют, а нацистские группировки, исполняющие сейчас роль нештатных сотрудников полицейского государства, ведут настоящую охоту на их организаторов и участников. В результате этого мои товарищи и я сам попали после нападений в больницу.

Под видом борьбы с наследием тоталитарного режима уничтожается и оскверняется всякое историческое наследие левой политической культуры – в том числе, не имеющее отношения к СССР. Так, в Одессе неоднократно оскверняли памятник восстанию на броненосце «Потемкин», в городах Украины переименованы улицы, названные в честь американских анархистов Сакко и Ванцетти, а в Мариуполе был расписан нацистскими лозунгами, а потом уничтожен единственный в Украине памятник махновскому командиру Кузьме Апатову. Поэтому, нынешняя попытка попиариться на перезахоронении Махно, которую предпринимает перед выборами украинская власть, не может вызвать ничего, кроме возмущения и протеста – причем, не только у анархистов, но и у всякого человека, уважающего память народного командира и понимающего смысл и цели махновского движения.

Диктатура крупного капитала, которая ограбила людей труда путем неолиберальных реформ и попирает социальные и культурные права украинцев, жестоко преследуя всякие попытки протеста против такой политики, строго антагонистична идеям трудового самоуправления, за которые сражались махновцы. Махно не может вернуться в такую Украину – на поругание магнатам и националистам, против которых он всю жизнь боролся. Украина должна измениться и вырасти, чтобы заслужить возвращения своего великого сына. Только после этого можно будет преступить к реализации его идей, направленных на созидательную деятельность широких масс посредством трудового самоуправления, создания низовых органов самоорганизации и взаимопомощи людей всех национальностей.

Ведь как утверждал в своих воспоминаниях сам Махно, «свобода и независимость Украины совместимы только со свободой и независимостью населяющего ее трудового народа, без которого Украина – ничто».

Вячеслав Азаров

Читайте по теме:

Артем КирпиченокМаннергейм чешется

Илья БудрайтскисКому грозит историческая ответственность

Джош КоэнИсторик, обеляющий прошлое Украины

Андрей МанчукЛогика безумия

Вячеслав Азаров. Неудобная махновщина

Артем Кирпиченок. Время Бакунина 


Підтримка
  • BTC: 1Dj9i1ytVYg9rcmxs41ga2TJEniLNzMqrW
  • BCH: 18HRy1V7UzNbbW13Qz9Mznz59PqEdLz1s9
  • BTG: GUwgeXrZiiKfzh2LW7GvTvFwmbofx7a4xz
  • ETH: 0xe51ff8f0d4d23022ae8e888b8d9b1213846ecac0
  • LTC: LQFDeUgkQEUGakHgjr5TLMAXvXWZFtFXDF
2011-2018 © - ЛІВА інтернет-журнал