Понтифик и диктатураПонтифик и диктатураПонтифик и диктатура
Життя

Понтифик и диктатура

Орасіо Вербицький
Понтифик и диктатура
В своей классической книге «Церковь и диктатура» Эмилио Миньоне говорит о таком модели поведения как о «пастырях, которые отдают свое стадо врагу, не защищая и не спасая его»

19.03.2013

Среди сотен писем, которые я получил, выбираю одно. В нем пишут: «я не могу поверить. Я так расстроена и разгневана, что не знаю, что делать. Он добился того, что хотел. Несколько лет назад я сказала Орландо: «он хочет быть Папой». Этот человек подходит для того, чтобы прикрывать гниль. Он эксперт по сокрытию фактов. Мой телефон не перестает звонить, а Фито говорит со мной, плача».

Это письмо Грасиелы Йорио, сестры священника Орландо Йорио, который заявил о том, что ныне избранный Папой кардинал Бергольо несет ответственность за его похищение и пытки, которым он подвергался в течение пяти месяцев в 1976 году. Плачущий Фито – это Адольфо Йорио, ее брат. Оба они посвятили много лет своей жизни подтверждению обвинений Орландо, теолога и священника-тьермондиста, который умер в 2000 году, представляя себе тот кошмар, который сейчас стал реальностью. Тремя годами ранее предавший его человек был назначен архиепископом-коадъютором Буэнос-Айреса, что предвосхищало и остальное.

Орландо Йорио не успел узнать о словах кардинала Бергольо, будущего Папы, которые он произнес перед федеральным трибуналом. Там он заявил, что лишь недавно узнал о существовании детей, похищенных после установления диктатуры. Но федеральный трибунал, который осудил системный план похищения детей заключенных, получил документы, которые показывают, что уже в 1979 году Бергольо знал об этом все и участвовал как минимум в одном таком деле – по просьбе генерала Педро Аррупе.

Выслушав рассказ родственников Элены де ла Куадра, похищенной в 1977 году на пятом месяце беременности, Бергольо передал им письмо для епископа Ла-Платы Марио Пикки с просьбой выступить посредником в переговорах с военными властями. Пикки выяснил, что Элена родила девочку, которую передали в другую семью. «Она в хорошей семье, и назад пути нет», – сообщил он семье. Давая объяснения по делу о пыточном центре в школе флотских механков, о похищении Йорио и иезуита Франсиско Халикса, Бергольо сказал, что в епископском архиве нет документов о задержанных и похищенных. Но нынешний глава архива, Хосе Аранседа отправил судье Мартине Форнс копию документа, который публикуется здесь – о встрече диктатора Виделы с епископами Раулем Приматестой, Хуаном Арумбуру и Висенте Саспе, на которой они с необыкновенной открытостью обсуждали – сообщать или не сообщать о том, что задержанные и пропавшие были убиты, так как диктатор Видела хотел защитить тех, кто их убил.

В своей классической книге «Церковь и диктатура» Эмилио Миньоне говорит о таком модели поведения как о «пастырях, которые отдают свое стадо врагу, не защищая и не спасая его».  Бергольо рассказал мне, что на одной из своих первых месс в качестве архиепископа он увидел Миньоне и хотел подойти к нему, чтобы дать объяснения – но основатель Центра правовых и социальных исследований поднял руку, показывая ему, чтобы он не приближался.

Я не уверен, что Бергольо выбран для того, чтобы прикрыть гниль, которая привела к отречению Йозефа Ратцингера. Внутренняя борьба в римской курии следует слишком непостижимой логике, согласно которой самые темные деяния могут помочь святому духу – такие, как финансовые манипуляции Банка Ватикана, за которые он был исключен из международной системы клиринга за невыполнения правил по борьбе с отмыванием денег, или педофилия священников, разоблаченная почти во всех странах мира, которую Ратцингер скрывал, руководя конгрегацией доктрины веры, и за которую извинялся, став папой. Меня не удивит, если и Бергольо, с кистью в руке и в своих изношенных ботинках, начнет моральный крестовый поход для обеления апостольских могил.

Но в чем я уверен, так это в том, что нового епископа Рима можно назвать эрзацем –  этим немецким словом, к которому никакой язык не испытывает уважения. Это некая низкокачественная замена оригинала, как вода с мукой, которую нищие матери используют для того, чтобы обмануть голод своих детей. Бразильский теолог освобождения Леонрадо Бофф, лишенный Ратцингером сана и возможности преподавать, тешил себя иллюзией, что Папой будет избран францисканец ирландского происхождения Шон О’Мэлли, который возглавляет диоцез Бостона, разоренный возмещениями, выплаченными пострадавшим от священников детям. «Его, Шона, считают человеком, который очень близок к бедным людям – так как на протяжении длительного времени он работал в Латинской Америке и в Карибском бассейне, все время среди бедных. Это означает, что возможно будет другой Папа – Папа нового склада», написал бывший священник. Но на Святой престол не сядет настоящий францисканец, а лишь иезуит, который будет зваться Франциск, как и бедняк из Ассизи. Моя аргентинская подруга, не знакомая с историей Бергольо, написала мне взволновано из Берлина, что новый папа – тьермондинст. Незначительная ошибка.

Его биография, это история консерватора-популиста, похожая на биографию Пия XII и Иоанна Павла II – негибкие в вопросах доктрины, но открытые миру и, прежде всего, массам обездоленных. Когда он читает свою первую мессу на улице Трастевере или на вокзале Термини и говорит о людях, эксплуатируемых и проституируемых бесчувственными власть предержащими, которые  закрывают свое сердце для Христа; когда дружественные журналисты пишут о том, что он ездил в метро или на завод; когда верующие слушают речи, прочитанные с актерской пластикой, в которых библейские притчи сосуществуют с открытым разговором с народом – тогда находятся те, кто бредит о желанном обновлении церкви. За пятнадцать лет во главе архидеоцеза Буэнос-Айреса будущий папа делал это много раз. Но в то же время он старался объединить оппозицию против правительства, которое впервые за много лет проводит в жизнь политику в пользу бедных, и на давление которого он жаловался – ведь, чтобы помочь бедным, правительству надо  противостоять тем власть предержащим, которые контролируют общественное сознание с помощью медиа.

Теперь он может делать это на другом уровне – но это не означает, что он забудет об Аргентине. Если Пачелли (Пий XII) получал деньги от американской разведки, для того, чтобы укрепить христианских демократов  и предотвратить победу коммунистов на первых послевоенных выборах в Италии и если Войтыла был тараном, который пробил первую брешь в «европейской стене», то и  аргентинский папа сможет сыграть похожую роль на уровне Латинской Америки. Его былое участие в «Железной гвардии» (молодежное националистическое перонистское движение – прим. пер.), его популистский дискурс, который он не забыл и в который он может включать ссылки на исторические проблемы вроде вопроса Мальвинских островов, делают его способным  влиять на политический процесс – для того, чтобы помогать эксплуататорам и поучать кротости эксплуатируемых.

Орасио Вербицкий

Перевод с испанского Андрея Фирсова

Pagina

Читайте по теме:

Патрик О’Коннор. Новый папа и кризис церкви

Лори Пенни. Возьмите меня на работу… папой

Дэн КоваликВ логове льва

Андрей МанчукДолгая дорога к храму

Славой ЖижекЕсли бог есть, то все позволено

Артем Кирпиченок«Красные попы». Утраченный шанс РПЦ 

Славой ЖижекЛишь горящая церковь светит


Підтримка
  • BTC: bc1qu5fqdlu8zdxwwm3vpg35wqgw28wlqpl2ltcvnh
  • BCH: qp87gcztla4lpzq6p2nlxhu56wwgjsyl3y7euzzjvf
  • BTG: btg1qgeq82g7efnmawckajx7xr5wgdmnagn3j4gjv7x
  • ETH: 0xe51FF8F0D4d23022AE8e888b8d9B1213846ecaC0
  • LTC: ltc1q3vrqe8tyzcckgc2hwuq43f29488vngvrejq4dq
2011-2018 © - ЛІВА інтернет-журнал