Рожава – «народный дом»Рожава – «народный дом»
Рожава – «народный дом»

Рожава – «народный дом»


Олександр Рибiн
На любом уровне органов власти важнейшее значение имеет представительство женщин. В идеале их должно быть не менее половины

27.05.2015

От редакции: LIVA предлагает вниманию читателей материал российского активиста и журналиста, который сумел посетить автономные общины курдов на севере охваченной гражданской войной Сирии, и анализирует важный практический опыт строительства новой народной власти в форме системы самоуправляемых советов, в которых присутствуют представители различных национальностей – при обязательном условии широкого представительства женщин в органах власти.

Подчас создается впечатление, что часть европейских и североамериканских левых игнорируют процессы, происходящие в курдской Рожаве, потому что идеологом этих процессов является Абдулла Оджалан. Оджалан, лидер Рабочей партии Курдистана, начинал борьбу за права курдов с позиций сталинско-маоистской идеологии. Что может быть страшнее для современных рафинированных левых Запада? Либерализм для них не так страшен.

В 1999 году Оджалан был арестован. Остров Имралы, 65 километров от Стамбула, специальная тюрьма для врага турецкого государства №1 – лидера курдского сопротивления. Здесь лидер РПК пересматривает свои идеи. Как он сам пишет в своих книгах – под влиянием прочитанных в заключении книг. За два года до смерти Мюррея Букчина Оджалан вступает с ним в переписку. В результате у РПК появляется новая программа действий под названием «демократический конфедерализм». Для курдов, не имеющих своего государства на протяжении многих веков, эта программа стала, без преувеличения, переломной. Оджалан предлагает отказаться от борьбы за собственное государство, но строить свои автономии, управляемые местными советами, внутри других государств. Национальное государство – капиталистический элемент. Создание еще одного, двух, трех национальных государств капитализм не сломит, но укрепит. Как показал пример Иракского Курдистана – фактически, независимого курдского государства на территории Ирака, – Оджалан совершенно прав. В Иракском Курдистане власть арабов сменилась на власть курдских кланов, но проблемы, существовавшие при арабской власти остались: коррупция, авторитаризм, фикция выборов.

Автономия Рожава образовалась на севере Сирии в районах компактного проживания курдов. В этих районах давно находились базы поддержки РПК, и осуществлялось самоуправление местных курдских общин – хотя госбезопасность Сирии преследовала тех, кто участвовал в таком самоуправлении. Когда в Сирии началась война, местные курды договорились с сирийскими властями о том, что возьмут на себя властные и военные функции. Властью стали легализовавшиеся органы самоуправления – основанные на принципе советов. Военной силой стали ополчения YPG и YPJ, организованные сторонниками РПК. Позже к курдам присоединились некоторые арабские племена и ассирийские общины. В начале 2014-ого года была провозглашена автономия Рожава в составе Сирии – хотя сирийское правительство до сих пор не признало автономный статус Рожавы.

В марте нынешнего года в крупнейшем их трех кантонов автономии Джазире прошли первые выборы в советы муниципального уровня. Через два-три месяца планируется провести выборы парламента автономии. Этот парламент будет формировать правительство, которое будет представлять автономию в отношениях с органами власти сирийского государства и на международном уровне. Внутри автономии правительство не будет иметь власти – его функция сводится к взаимодействию с внешними капиталистическими институтами, чтоб они не мешали функционированию советской власти внутри Рожавы. Сейчас уже есть аналог такого правительства, но оно сформировано не парламентским большинством, а в результате компромисса между различными партиями и движениями автономии.

Рожава делится на три части – три кантона. В каждом свои исполнительные и законодательные советы. Они осуществляют управление кантонами. Собирают налоги (есть миф, что в Рожаве не собирают налоги; просто там налогов меньше, чем в среднестатистическом государстве Европы), управляют сферами образования, медицины, формируют бюджеты, им подчиняются формирования YPG, YPJ и асаиш (силы безопасности, которые выполняют функцию полиции). Советы муниципального уровня (городов, районов в крупных городах, сельских районов) решают вопросы на своем уровне, но у них нет бюджетов. Муниципальные советы за финансированием должны обращаться в советы кантонов. Параллельно на муниципальном уровне действуют малагали («малагаль» по-курдски значит «народный дом»). Малагаль избирается советами куминов (коммун, местных общин, самый первый уровень советов). Количество сопредседателей малагалей не лимитировано. Может быть два, может – пять. Главное правило – среди сопредседателей должны быть женщины, желательно не меньше, чем мужчин. Малагаль выполняет функцию суда. Он решает, какое наказание назначить, какое дело нужно отправить в суд следующей инстанции (в суды, формируемые исполнительным и законодательным советами кантонов), каким образом провинившийся может реабилитироваться. Если назначается срок тюремного заключения, то виновный передается асаиш.

На любом уровне органов власти в Рожаве важнейшее значение имеет представительство женщин. В идеале их должно быть не менее половины. Религиозная и национальная принадлежность, как правило, роли не играют. Например, в исполнительном совете Джазиры двое сопредседателей: курдка и араб – и двое их заместителей: ассирийка и араб. Этнически население кантона: 70 процентов – курды, 30 процентов – арабы и ассирийцы.

Ополчение YPJ – чисто женское. YPG – гендерно смешанное. Например, я видел подразделение из 20 мужчин в возрасте от 20 до 45 лет, которыми командует женщина в возрасте около 40 лет, ее заместитель – девушка 25 лет. Причем, год назад они никакого отношения к армии не имели – обе были домохозяйками. Затем решили вступить в ополчение. Бойцы подразделения выбрали их своими командирами. Да, как и полагается в настоящем ополчении, должность командира – выборная. Если бойцы решат, что командир больше не удовлетворяет их, они могут избрать другого/ую. Никаких формальных обязательств и ограничений. Выборность командной должности я обсуждал с бойцами перед их же командирами. Вы можете себе представить, чтобы солдаты постсоветской армии перед своим капитаном или майором рассуждали, что они могут сместить их и выбрать новым командиром кого-то из солдат? При этом, в борьбе с религиозными террористами курдские ополченцы не менее эффективны, чем регулярная армия.

Экономически Рожава самодостаточна. Лучше всех ситуация в Джазире – тут еще и богатые нефтяные месторождения. Несмотря на то, что на севере границы автономии наглухо закрыты Турцией, а с другой стороны проходит фронт против Исламского государства (в Джазире есть граница с Иракским Курдистаном, но она фактически работает на пропуск беженцев, журналистов и представителей международных гуманитарных организаций) – в автономии нет угрозы голода. Развито сельское хозяйство, работают множество различных мастерских. Нет нефтеперерабатывающих заводов – бензин в Джазире производится кустарным способом, что наносит существенный вред экологии. Он невысокого качества, зато производимых объемов достаточно, чтобы удовлетворить потребности местных жителей. Никаких проблем с электричеством – его обеспечивают генераторы. Существует проблема с транспортировкой бензина и нефти в два других кантона – Африн и Кобани. В том числе и поэтому, автономия добивается от международного сообщества, чтобы оно принудило власти Турции открыть границы с Рожавой. Но международное сообщество сохраняет по этому поводу единодушное молчание.

Две другие важные проблемы для автономии: поставки тяжелых вооружений для боевых действий против Исламского государства и признание статуса автономии правительством Сирии. Все имеющиеся у ополчения танки отбиты в боях у исламистов. Есть трофейные и самодельные броневики – но нет артиллерии, недостаточно минометов и боеприпасов к ним. Подобные вооружения Турция и страны НАТО обильно поставляют правительству Иракского Курдистана. Для ополченцев Рожавы у Запада нет ничего – а авиаудары, наносимые коалицией во главе с США по позициям Исламского государства, малоэффективны.

Рожава продолжает сохранять лояльность президенту Сирии Башару Асаду – хотя внутри автономии его всячески критикуют. Однако правительство Сирии не предпринимает никаких шагов, чтобы хотя бы начать диалог по поводу статуса Рожавы. Но представители местной советской власти все же надеются, что этот диалог начнется в скором будущем.

Александр Рыбин  

Фото автора   

Читайте по теме:

Андрей Манчук. Курдистан, которого нет

Карл ЛебтТурция: борьба за культурную гегемонию

Андрей Манчук«Хасанкейф. Град обреченный»

Дэвид Харви. Нужно защищать Рожаву

Иммануил Валлерстайн. Таксим. Курдская дилемма

Андрей Манчук. «Ближний Восток. Близко ли война?»

Алексей Албу«Biji Serok Apo!» в Одессе

Андрей Манчук, Дмитрий Колесник. Интервью с группой «Bandista»


Підтримка
  • BTC: 1Dj9i1ytVYg9rcmxs41ga2TJEniLNzMqrW
  • BCH: 18HRy1V7UzNbbW13Qz9Mznz59PqEdLz1s9
  • BTG: GUwgeXrZiiKfzh2LW7GvTvFwmbofx7a4xz
  • ETH: 0xe51ff8f0d4d23022ae8e888b8d9b1213846ecac0
  • LTC: LQFDeUgkQEUGakHgjr5TLMAXvXWZFtFXDF
2011-2018 © - ЛІВА інтернет-журнал