Не вините село

Не вините село


Андрій Манчук
Дело даже не в том, что предубеждения против сельских жителей относятся к худшим разновидностям предрассудков

Тегі матеріалу: лібералізм, фетва, україна, освіта, європа, пам`ять, війна, срср-ex, расизм, політики, нацизм, медицина, гетто, трудова міграція, криза
26 июля 2017

Это старый миф, и популярность его растет. Некоторые критики украинской власти всерьез считают современную Украину царством торжествующего над городом села. На первый взгляд, данное утверждение полностью укладывается в логику процесса тотальной деиндустриализации и лозунга строительства «аграрной сверхдержавы», которым осчастливил нас американский посол. Не говоря уже о борьбе с культурно-историческим наследием советской эпохи – когда обществу навязывают воинствующую архаизацию, с ее провинциальной шароварщиной, трипольскими горшками и свастическими орнаментами вместо «совковых» символов научно-технического прогресса.

Однако, проблема в том, что украинская сельская периферия страдает от реформ не меньше городских социальных низов – а местами несет от них еще больше ущерба. Да, действительно – у жителей села куда меньше проблем с коммунальными тарифами, есть заботливо припрятанные в морозилке «полкабана», спасительный огород с картошкой и овощами, а многие давно топят дома привезенными из леса дровами. Но деиндустриализация прошла в аграрной глубинке еще в девяностые, в виде повального уничтожения коллективных хозяйств. По иронии судьбы, закат советской эпохи стал золотым временем в истории украинского села. С тех пор здесь так и не появилось достаточное количество новых рабочих мест, и молодое трудоспособное население пролетаризируется, массово отправляясь на стройки Киева, за границу, или в АТО.

Провинция живет все хуже и хуже – если не считать «янтарную зону» и западное приграничье, которое существует за счет контрабанды леса и сигарет. Да, в некоторых регионах действуют успешные агрохолдинги – но их не так много, и они не требуют большого количества рабочей силы, труд которой оплачивается при этом очень дешево. Возле новеньких зерновых хабов на Киевщине, Винничине и Одесчине, на краю полей экспортного подсолнечника и рапса, стоят бедные и полупустые деревни. Этот мир не имеет ничего общего с реальностью, в которой живут где-нибудь в Женеве и Сан-Ремо наши процветающие аграрные бароны, у которых еще остался про запас украинский паспорт – помимо документов Панамы и Евросоюза.

Переводы от «заробитчан» остаются важным экономическим фактором, и многие надеются на них больше, чем на свои жалкие пенсии. Однако сейчас, после инфляции, повального роста цен, в результате сворачивания социалки и коммерциализации медицины, деньги из-за границы в лучшем случае помогают людям как-то удерживаться на плаву. Кроме того, в последние годы прослеживаются новые тенденции миграционных процессов, когда все больше людей, которые перебрались в Италию, Польшу, Сибирь и Москву, при первой возможности перетаскивают туда своих родственников. И не хотят вкладывать деньги в свою безнадежную родину.

К этому можно добавить стремительную криминализацию украинского села. Там, где были в ходу «финки» и кулаки, стали обычными «лимонки» и автоматы. Привыкшие к насилию в зоне АТО солдаты приносят его домой, пополняя криминальную хронику дикими историями бытовых преступлений. Коррупция стала социальной нормой – представители местной полиции сплошь и рядом напоминают нерадивых жуликоватых шерифов из вестернов, которые крышуют преступников и безнаказанно выдаивают округу, не забывая передавать долю областному начальству. Рейдерские отжимы урожая стали фирменной особенностью последних лет – а в этом году страда на полях страны будет в этом смысле еще горячее. Да и на Полесье простой «посполитый» человек уже не может просто так намывать янтарь – если не отдаст местной банде до трети добытых камней. Хотя и оставшиеся деньги надо еще вовремя унести.

Село беднеет и пустеет. Неолиберальная образовательная реформа привела к ликвидации многих провинциальных школ и техникумов, где раньше учили на зоотехников и агрономов. Это постепенно добивает социальную жизнь глубинки, откуда убегают все те, кто хочет какого-то будущего для себя и своих детей. Общий образовательный уровень падает с каждым следующим поколением, заведомо обрекая молодых провинциалов на статус неквалифицированной рабочей силы. И больше нет никаких социальных лифтов, которые поднимали бы сельских жителей к высотам другой жизни, давая шанс вырваться из своей среды. Если не считать армию и полицию, где, по крайней мере, можно рассчитывать на небольшой заработок, еду, и выданную за кошт государства форму.

В этой ситуации глупее всего пенять на «понаехавших селюков», которые якобы несут с собой национализм, агрессивное невежество и вышиванки. Жители провинции приезжают в города потому, что им нечего делать в вымирающем от последствий реформ селе. При этом, они предпочитают носить вполне современные виды одежды, слушают интернациональную попсу – а пресловутая мода на вышиванки главным образом охватывает столичную интеллигенцию, которая как раз и выступает в обществе основным триггером распространения шовинизма, языка ненависти и вражды.

Именно эти образованные украинцы пропагандируют в массах «шароварный» путь развития Украины, и подменяют историю романтической мифологией, старательно зачищая ее от неудобного наследия «совка». Посмотрите фотографии массового флешмоба крупнейших IT-фирм страны, которые дружно вышли на работу в национальных костюмах. Очевидно, что среди них не много выходцев из села. Представители «креативного класса» из столичных офисов гораздо больше подвержены милитаристскому психозу – у них есть деньги и время на военные сборы по выходным, чтобы размяться, пострелять по мишеням и выпить под звуки патриотических песен. Однако, на войну обычно идут сельские парни – а вовсе не те, кто «топит» за нее в бложиках и кафе. И эти выходцы из села обычно куда менее кровожадны, чем их сверстники с дипломами гуманитарных и технических вузов.  

Дело даже не в том, что предубеждения против сельских жителей относятся к худшим разновидностям предрассудков, и стоят в одном ряду с такими же позорными фобиями в отношении жителей юго-восточных регионов страны. Я провел детство на Подоле, учился в старейшей школе города, на углу улицы Зелинского и Андреевского спуска, и хорошо знаю, что у каждого «коренного киевлянина» полно сельских родственников и предков. Нужно понимать – украинское село потеряло от последствий Евромайдана еще больше, чем пострадавшие от деиндустриализации города – если не считать местных чиновников, феодалов-латифундистов и камуфляжных бандитов с красно-черными повязками на рукавах, которые стали выгодоприобретателями этого трехлетнего кошмара. Трагическое, уродливое явление внешней и внутренней миграции является прямым следствием неолиберальных реформ, а «заробитчане» – всего лишь жертвы этой политики, которую проводят в жизнь представители социальных элит. 

Не забывайте об этом, когда вам рассказывают оскорбительные расистские байки про «малокультурное сельское быдло», выставляя его виновником всех несчастий нашей страны. Они выгодны только власти, которая считает быдлом всех бедных и бесправных жителей Украины – вне зависимости от места рождения. Она хочет стравить между собой своих потенциальных противников. Жителей города и села. Нас с вами. 

Андрей Манчук

Читать по теме:

Андрей МанчукСёла без школы

Максим НечипоренкоКризис входит в пике

Андрей Манчук. Донбассофобия

Андрій Мовчан. Акціонери

Майкл Робертс. «Свободное падение»





RSSРедакціяПідтримка

2011-2017 © - ЛІВА інтернет-журнал