Война закончилась? (+фото)Война закончилась? (+фото)Война закончилась? (+фото)
Репортаж

Война закончилась? (+фото)

Патрік Кокберн
Война закончилась? (+фото)
Риторика турецкого правительства должна дополняться освобождением политзаключенных и наделением курдов конституционными правами

09.05.2013
  • Предисловие переводчика: Восьмого мая этого года закончилась еще одна многолетняя война, хотя и закончилась она не капитуляцией или поражением одной из сторон, а заключением перемирия. Именно этот день курдские партизаны сами выбрали для начала отвода своих бойцов с территории Турции.

    В марте этого года, во время праздника Новруз, находящийся в тюрьме лидер Рабочей Партии Курдистана Абдулла Оджалан обратился к своим сторонникам с призывом остановить боевые действия и отстаивать свои права политическими средствами. Депутаты турецкого парламента сразу же направились с этим письмом в столицу турецкого Курдистана город Амед-Диярбакыр, где несколько раз зачитали его послание на турецком и курдском языках, в присутствии миллиона собравшихся курдов. В обмен на прекращение деятельности партизан турецкое правительство обещает полностью переписать конституцию страны.

    Впрочем, правящую в Турции партию «Справедливости и развития» и кемалистскую оппозицию раздирают внутренние противоречия, и многие из турецких политических деятелей не согласны переписывать конституцию страны, признавая и наделяя всеми правами курдов и прочие народы, населяющие Турцию. Тем не менее, восьмого мая курдские партизаны небольшими группами с оружием в руках стали покидать территорию Турции в обмен на эти нечеткие обещания.

    В прошлом подобные перемирия и обещания не единожды оказывались ловушкой, которая стоила жизни многим партизанам РПК. Поэтому, ситуация в Турции остается крайне напряженной – достаточно лишь одного выстрела в сторону отступающих партизанских отрядов и гражданская война вспыхнет снова. Террористические акты, которые произошли в Турции 12 мая вполне могут быть провокацией правых военных кругов, направленых на срыв мирного процесса. В частности, они могут стать предлогом для военного вторжения турецкой армии на приграничные сирийские территории, где также проживают курды, фактически, уже получившие там самоуправление.

    К тому же, партизаны уходят на территорию Ирака, где сейчас происходит эскалация гражданской войны, которая может превзойти масштабами гражданскую войну в Сирии. Нынешнее иракское правительство надеется на тактический союз курдов и арабов-шиитов в фактически происходящей войне с иракскими суннитами, которая может распространиться и на территорию Турции.

    Означает ли нынешнее перемирие в Турции действительно окончание тридцатилетней войны или же является лишь тактическим ходом, предполагающим ее эскалацию в будущем? Именно этим вопросом задается Патрик Кокбёрн в своем репортаже. 

     

    На этой неделе около 2000 курдских партизан собираются уйти с территории Турции на труднодоступные горные базы северного Ирака. Перемещаясь маленькими группками, курдские бойцы в течение одного-двух месяцев должны будут покидать Турцию – конечно, при условии, что турецкая армия будет соблюдать соглашение о перемирии. Так, по крайней мере, утверждают лидеры Курдской Рабочей Партии. Уход курдских партизан с территории Турции – это первый шаг к достижению хотя бы шаткого примирения между турецким государством и курдским меньшинством, которые уже 29 лет ведут войну, унесшую жизни около 40 000 человек.

    Партизаны Курдской Рабочей Партии уходят из Турции на территорию Ирака, в горы Кандиль – неприступную природную крепость в курдской автономной области на стыке границ Турции, Ирака и Ирана. С оружием в руках они должны будут разместиться в горных ущельях, чтобы ждать и наблюдать – будет ли Турция соблюдать свою часть договоренностей, предоставив права для курдского меньшинства – около 14 миллионов человек, проживающих преимущественно на юго-востоке Турции.

    Сабри Ок – один из лидеров Рабочей Партии Курдистана, заявлял в интервью Independent в своем доме в горах Кандиль, что многие из партизан не желали уходить в Ирак – считая, что «если мы продолжим вооруженную борьбу, то сможем добиться существенных результатов». Однако «реальной оппозиции процессу примирения», по его словам, все же не наблюдается. Переговоры с лидером РПК Абдуллой Оджаланом проводились в тюрьме на острове Имрали с 1999-го года, и условия мирного соглашения до сих пор еще не полностью определены. Однако 21-го марта 2013-го года письмо Оджалана и проект мирного договора были публично зачитаны курдам, собравшимся в количестве миллиона человек в городе Диярбакыр – крупнейшем курдском городе в Турции. После этого уже не было никаких сомнений, что партизаны из РПК подпишут мирное соглашение.

    Вскоре было объявлено о прекращении огня – которого, как говорит Сабри Ок, турецкая армия пока придерживается. Хотя «отдельные беспилотники и самолеты продолжают летать над нами, но их не так много, как раньше и они не атакуют позиции курдов». Пока еще не похоже, что нынешнее прекращение огня обернется тем же, чем аналогичное перемирие в 1999-м, когда Абдулла Оджалан в одностороннем порядке объявил о прекращении огня и уходе партизан с территории Турции – однако по пути партизаны были безжалостно атакованы турецкой армией и понесли серьезные потери.

    Сабри Ок – мужчина средних лет, который 22 года провел в турецких тюрьмах, весьма опасается, что и на этот раз многое может пойти, не так, как предполагалось. Что если и сейчас турецкая армия атакует отступающих партизан? Сабри с уверенностью отвечает, что в таком случае процесс отхода групп партизан будет немедленно остановлен, и они примут ответные меры. И тогда, как считает лидер РПК, весь мир поймет, что Турция хочет войны.

    Однако пока в рядах бойцов РПК и курдского населения в целом царит дух надежды – многие из них уверены, что политическая география Ближнего Востока сейчас меняется в их пользу. Двадцатый век обошелся с ними крайне жестоко – мироустройство, сложившееся после Первой Мировой войны, не предполагало самоопределения для курдского народа. Таким образом, курды стали повсюду преследуемым национальным меньшинством, непризнанным официально и рассеянным между Турцией, Ираном, Ираком и Сирией. Возможно, XXI век окажется более удачным для 30 миллионов курдов, проживающих в этом регионе.

    Иракские курдские политические деятели из Эрбиля, где находится правительство иракской курдской автономии, преисполнены надежд на лучшее – а тем временем седые партизанские командиры РПК заявляют, что курды сейчас сильны, как никогда прежде и они больше не позволят маргинализировать курдское население, относясь к курдам, как к второсортным гражданам. «По всему региону наблюдается массовое пробуждение курдов  – говорит Сабри Ок. Турецкая армия и турецкое государство пытались нас уничтожить, только ничего у них не вышло».

    И обнадеживающие новости касаются не только турецких курдов. У иракских курдов шансы добиться реальной национальной независимости сейчас выше, чем у многих других народов. В этом регионе наблюдается нефтяной бум, и многие нефтяные компании ринулись в иракский Курдистан. Гражданская война в Сирии позволила здешнему курдскому меньшинству, составляющему 10% населения страны и сконцентрированного преимущественно на севере Сирии, взять под свой контроль города и села региона – тем самым, заложив основы будущей курдской автономии в Сирии.

    В горах Кандиль сейчас теплая весенняя погода и сразу даже и не скажешь, что на этих лугах и в этих ущельях недавно шли бои. Горные склоны только-только покрываются травой, зеленеют чахлые дубки, а вокруг вздымаются отвесные скалы, на которых еще местами лежит снег. Отары черномордых овец и коз пасутся на лугах, а издалека доносится звон коровьих колокольчиков. Старая иракская военная дорога серпантином взмывает вверх, нависая местами над пропастью – это один из немногих проходов в горы Кандиль. На первый взгляд кажется, что в этих горах царят мир и спокойствие, но за поворотом мы натыкаемся на памятный знак с фотографиями – на этом месте в 2006-м году погибла курдская семья. В автомобиль, на котором она ехала (его обгорелый корпус до сих виден у обочины) попала, выпущенная турецким самолетом ракета.

    Ни одна армия не сможет взять горы Кандиль, не понеся при этом значительные потери. Эти горы сплошь изрезаны пещерами и каньонами, а густой лес, покрывающий долины, является надежным убежищем от турецкой авиации. Родж Велат, официальный спикер РПК говорит, что их партизанам никогда не наносили серьезного урона налеты вражеской авиации.

    – Однако многим гражданским строениям не так повезло – говорит Велат – указывая на сгоревшие руины здания Молодежного Центра Кандиля, в который в начале этого года попала турецкая ракета. Щебень и обломки здания разбросаны по всему футбольному полю, расположенному у бывшего Молодежного Центра – уцелели лишь одни футбольные ворота. Чуть поодаль – развалины дома и сельскохозяйственных построек местного жителя по имени Мам Коха Кадир. Сам он сейчас нашел убежище в долине за пределами Кандиля. Его бывшие соседи считают, что целью налетов турецкой авиации являются вовсе не курдские партизаны, а как раз гражданское население: «они пытаются выкурить отсюда мирных жителей, а не убить партизан».

    На протяжении последних десяти лет Турция производила не приносившие ей ощутимой пользы налеты авиации и рейды наземных отрядов на территорию северного Ирака. По всей вероятности они производились скорее для того, чтобы убедить общественность в самой Турции, что правительство всеми силами преследует партизан РПК. Однако и курдским партизанам никак не удавалось победить в войне на территории Турции. Их основным успехом можно считать тот факт, что, несмотря на жесточайшие репрессии, партизанскому движению удалось выжить.

    Рабочая Партия Курдистана – марксистско-ленинская партия, основанная Абдуллой Оджаланом в 1978-м году, на протяжении многих лет пыталась добиться создания независимого курдского государства и вела вооруженную борьбу против Турции, правительство которой отказывалось признавать сам факт существования такой национальности, как курды. РПК начала вооруженную борьбу в 1984-м году – и она длится по сей день, с перерывами на кратковременные односторонние перемирия. Турецкая армия и службы безопасности производили массовые аресты курдов, совершали казни их активистов и устраивали рейды карательных отрядов.

    В девяностых годах турецкая армия уничтожила около 3000 курдских деревень, и около миллиона курдов были изгнаны из своих домов. Пытки заключенных стали широко распространенной практикой – узников избивали до полусмерти, бросали в ямы наполненные экскрементами, насиловали полицейскими дубинками, травили собаками, подвергали прочим средневековым пыткам. Узники турецких тюрем говорят, что эти пытки можно было прекратить, если выкрикнешь: «Я горжусь тем, что я турок» или «быть турком – лучше всего на свете».

    Турецкие спецслужбы расчитывали, что пленение Оджалана в 1999-м году приведет к развалу Рабочей Партии Курдистана. Их надежды были небезосновательны. Оджалан был известен, как наиболее непримиримый и авторитарный лидер движения. Однако даже в тюремной камере Оджалан сохранил контроль над РПК, которая сейчас уже требует не полного отделения Курдистана, а ограничивается требованием автономии. В глазах большинства курдов пленение Оджалана придало ему ореол мученика, и сам он, фактически, стал символом страданий курдского народа и его упорного сопротивления. Портреты Оджалана можно встретить в горах Кандиль фактически повсюду – они нарисованы на скалах и утесах, а на каждой демонстрации турецкие курды обязательно несут плакаты с изображением своего лидера.

    Мне удалось побывать и на кладбище, где похоронены бойцы РПК, расположенном в весьма живописной долине. На одном из могильных камней выбито имя Кемаля Аслана – этот парень сжег себя в 2011-м году в протест против незаконного пленения Оджалана в Кении, происшедшего 12 лет назад. Рабочая Партия Курдистана выжила, несмотря на все репрессии, и стала символом решимости турецких курдов добиться равных политических и социальных прав. После всех поражений и отступлений она всегда вновь упорно возрождалась – в основном, потому что турецкое правительство использовало практику коллективных наказаний всех курдов, и заранее относилась к умеренным диссидентам, как к террористам, не соглашаясь ни на какие уступки курдскому населению. Избранные курдами депутаты, а также курдские журналисты, правозащитники и рядовые активисты социальных движений – все они вскоре оказывались в тюрьме.

    Лет десять назад казалось, что турецким властям все-таки удалось изолировать РПК – однако последующие события показали, что она не утратила ни своей организационной силы, ни народной поддержки. Сабри Ок не без некоторой гордости заявляет, что сейчас «РПК переживает период наиболее мощного подъема за период своей тридцатилетней борьбы».

    Действительно ли наступает период окончания вооруженной борьбы? В послании Оджалана, зачитанном в марте на массовой демонстрации в Диярбакыре, говорится: сейчас «рождается новая Турция и наступает время, когда должно говорить не оружие, а наши идеи». Возможно, так действительно случится – однако в этом есть определенные сомнения. На данный момент интересы турецкого правительства требуют примирения с курдами в Турции, Ираке и на севере Сирии – однако было бы хорошо, чтобы риторика правительства дополнялась конкретными действиями – освобождением политзаключенных, отменой антитеррористических законов и наделением курдов конституционными правами.

    Некоторые из курдских политических деятелей северного Ирака считают, что РПК совершает ошибку, делая авансом такие уступки турецкому правительству, которое может лишить курдов основного рычага давления. Сабри Ок говорит, что если турецкое правительство продолжит политику репрессий, невзирая на все уступки со стороны РПК, то «ему будет от этого только хуже». Если партизанская война возобновится, то она явно примет еще более ожесточенный характер – поскольку РПК может рассчитывать на поддержку возрастающего списка врагов Турции в регионе – в частности, Ирана и Сирии. Поэтому, Турция может и даже обязана прекратить изматывающую ее войну с курдским меньшинством, в которой она явно не сможет победить. Хотя это вовсе и не означает, что турецкое правительство на самом деле ее прекратит.

    Патрик Кокбёрн

    Counterpunch

    Перевод Дмитрия Колесника

    Фоторепортаж Андрея Манчука

    Читайте по теме:

    Майк Джиглио. «Второй фронт» в Сирии

    Андрей Манчук. Хасанкейф. Град обреченный

    Алексей Албу. «Biji Serok Apo!» в Одессе

    Андрей Манчук, Дмитрий Колесник. Интервью с группой «Bandista»

    Мохамед Айюб. Турция рискует увязнуть в войне

    Андрей Манчук. «Ближний Восток. Близко ли война?»


    Підтримка
    • BTC: bc1qu5fqdlu8zdxwwm3vpg35wqgw28wlqpl2ltcvnh
    • BCH: qp87gcztla4lpzq6p2nlxhu56wwgjsyl3y7euzzjvf
    • BTG: btg1qgeq82g7efnmawckajx7xr5wgdmnagn3j4gjv7x
    • ETH: 0xe51FF8F0D4d23022AE8e888b8d9B1213846ecaC0
    • LTC: ltc1q3vrqe8tyzcckgc2hwuq43f29488vngvrejq4dq
    2011-2018 © - ЛІВА інтернет-журнал