Акт отчаяния: в Украине бастуют шахтерыАкт отчаяния: в Украине бастуют шахтерыАкт отчаяния: в Украине бастуют шахтеры
Пряма мова

Акт отчаяния: в Украине бастуют шахтеры

Михаил Волынец
Акт отчаяния: в Украине бастуют шахтеры
Один человек сошел с ума после семи суток пребывания под землёй. У него остались двое маленьких детей. При мне выдавали на поверхность двадцатипятилетнего парня, тоже очень больного

01.11.2018

Состояние шахтеров предприятия «Лисичанскуголь», голодавших под землей в знак протеста против невыплаты зарплаты, настолько ухудшилось, что накануне их заменили добровольцы. Сама акция продолжается уже тринадцатые сутки – и теперь бастуют все шахты в Лисичанске. Об этом рассказывает глава Независимого профсоюза горняков Украины Михаил Волынец.

33 украинских горняка на шахте имени Капустина отказались подниматься на поверхность, требуя выплатить долги по зарплате. По данным Михаила Волынца, задолженность перед горняками шахты составляет 126,8 миллиона гривен – около 4,5 миллиона долларов. Кроме погашения долгов по зарплате, шахтеры «Лисичанскугля» требуют отставки директора предприятия Валентина Киселёва, действия которого, по их мнению, довели предприятие до банкротства. Часть бастующих горняков поднялись на поверхность из-за ухудшения состояния здоровья, однако остальные остались под землей и объявили голодовку. 

– Михаил Яковлевич, какая сейчас ситуация в Лисичанске, как чувствуют себя голодающие шахтёры? Были сообщения, что у них серьезно ухудшилось состояние здоровья. Вы сейчас на месте, расскажите: что происходит?

– Я, может быть, не по порядку начну. Я вчера оттуда уехал после того как мне позвонил президент Украины Порошенко. Я сейчас нахожусь в Киеве, сегодня ночью приехал. В это время народный депутат Сергей Каплин вышел из шахты, где он общался с рабочими. Я сам обращался к нему, чтобы он ехал в Киев, потому что вопрос необходимо решать в Киеве.

– Но стачка продолжается?

– Сейчас пятнадцать человек под землей. Мы нигде об этом не говорили, но мы заменили этих 15 шахтеров на других, чтобы их спасти.

– Здоровье голодающих ухудшилось?

– Да, мы сами понимали, что кто-то умрет. Один человек сошел с ума после семи суток пребывания под землёй. У него остались двое маленьких детей. При мне выдавали на поверхность двадцатипятилетнего парня, тоже очень больного. Мы понимаем, что в таких экстремальных условиях люди просто будут приобретать болезни, которые потом надо будет долго лечить. И было принято решение, что пятнадцать других добровольцев заменят их в шахте.

Мы этого не афишировали, вам первому это говорю. Администрация послала шахтеров на разбор завала, который произошёл недавно на той же выработке, где сидят люди… Десять метров завала. И мы смогли заменить с их помощью бастующих людей. Дело в том, что спуск в шахту осуществляется по контрольному табелю – не то, что пришел в цех, возле станка постоял. А это спуск, всё строго контролируется – контрольный табель, выдача светильника, самоспасателя, приборов контроля рудничной атмосферы… Всё контролируется. Поэтому нужно было воспользоваться случаем для замены. 

– Но люди поддерживают акцию – в том числе, наверху?

– Да. Вчера в городе был митинг, позавчера в Лисичанске перекрывали дорогу. Местное телевидение пыталось по заказу на меня жестко наезжать. Очень некрасиво, что журналисты могут такие вещи себе позволять.

– А как реагирует на ситуацию профильное министерство и власть в целом? Пётр Порошенко позвонил вам по этому поводу, по поводу стачки?

– Ну если честно, он звонил не по этому поводу. Он мне позвонил, потому что у меня вчера был день рождения. Конечно, я воспользовался этой ситуацией. Не стал выслушивать поздравления, и рассказал, какая тут ситуация. Он такого не ожидал, и сказал: мы дали поручение Кабинету министров разобраться. Я говорю: что-то не сработало. Он говорит: слушай, приедешь в Киев – звони, поговорим. Были рядом шахтеры, они мне сказали: не здесь решаются вопросы, надо ехать в Киев.

Я еще перед этим на площади обратился к нардепу Каплину, чтобы он вышел на поверхность, ехал в Киев и подключался. Я же не депутат – двери везде закрыты. Поэтому Каплин тоже выехал.

– Некоторые депутаты Рады вас, все же, поддерживают?

– Да, это Сергей Каплин и Сергей Шахов.

– А как сейчас развивается стачка в Лисичанске?

– Все четыре шахты бастуют, все структурные подразделения бастуют. Ситуация тупиковая: министр отпустил директора предприятия Киселева в отпуск, когда люди уже сидели под землёй. Сам министр ушел якобы на больничный. Ну, просто издеваются над людьми. У нас так во всём –власти в государстве уже нет. Есть какие-то движения неконтролируемые.

– Вы планируете встретиться с президентом?

– Я еще не знаю, встречусь или нет. Он тоже не ожидал, что я так себя поведу. Он мне о дне рождения, поздравляет, а я ему: подождите, у нас вот такая история, я здесь, в Лисичанске, нахожусь – давайте решать…

– А как настроены шахтеры?

– Настроены стоять до конца. У них выхода нет – некоторые за четыре месяца зарплаты ни копейки не получили – это, к примеру, непромышленная группа и инженерно-технические работники.

– Как же они живут без зарплаты?

– Я просто не понимаю. Это же и коммунальные платежи, и школа, и всё остальное. Люди просто в отчаянии. Кто знает, что такое работа в шахте…В течение часа под землей уже чувствуешь, что это влияет на организм, на здоровье. А горняки там сутками находятся, приобретают болезни, плюс фактор тяжелого морально-психологического состояния – всё это накапливается. И то, что человек сошел с ума, 71-го года рождения… Это тоже последствия ситуации.

В замкнутом пространстве всё время находишься, без связи с внешним миром. Но ты среди людей, которые настроены бороться или умирать коллективно. Коллективное мышление формирует солидарность действий. Я был свидетелем, когда позавчера выдали на поверхность парня 25-летнего, тяжело заболевшего. И врач-горноспасатель говорит: я же был у вас утром, почему ты не признался, что болен? Даванул так на него резко. А этот парень отвечает: никто из нас не признается. Там другое мышление, коллективное – там работает принцип трудовой солидарности, который людьми интуитивно формируется на протяжении многих лет. На этих принципах построены профсоюзы всего мира.

А под землей никаких акций протеста проводить, конечно, нельзя – это уже последний акт отчаяния.

Беседовал Андрей Лубенский

ukraina.ru

Читайте по теме:

Вячеслав Азаров. Забастовка как механизм демократии

Евгений ДеркачКак я работал в Европе

Андрей МанчукКрысы пришли, люди ушли

Виталина Буткалюк. Страна массовой бедности

Павел ПенёнжекУкраинская забастовка на польской стройке

Илья КонтышевПоезд «Львов-Москва»

Андрей Манчук«В белом гетто»


Підтримка
  • BTC: 1Dj9i1ytVYg9rcmxs41ga2TJEniLNzMqrW
  • BCH: 18HRy1V7UzNbbW13Qz9Mznz59PqEdLz1s9
  • BTG: GUwgeXrZiiKfzh2LW7GvTvFwmbofx7a4xz
  • ETH: 0xe51ff8f0d4d23022ae8e888b8d9b1213846ecac0
  • LTC: LQFDeUgkQEUGakHgjr5TLMAXvXWZFtFXDF
2011-2018 © - ЛІВА інтернет-журнал