Праздники под гул орудий

Праздники под гул орудий


Обстрелы нашего города не прекращались за несколько часов до начала нового года

Тегі матеріалу: україна, пам`ять, війна, срср-ex, гетто, криза, солідарність, воронов
13 января 2015

На днях я перечитывал Клиффорда Саймака, и в который раз убедился, что научная фантастика – далеко не «чтиво для развлечения». Вот отрывок из его «Пересадочной станции»: «Что это за безумие – война? Тщетное действо, которое по прошествии времени и вовсе теряет всякий смысл и должно питаться безрассудной яростью, что живет значительно дольше породившего ее инцидента; действо совершенно нелогичное, как будто один человек своей смертью или своими страданиями может доказать какие-то права или утвердить какие-то принципы. Где-то на своем долгом историческом пути человечество оступилось, возвело это безумие в норму и существовало так вплоть до настоящего времени, когда безумие, ставшее нормой, грозит уничтожить если не сам род людской, то, по крайней мере, все те материальные и духовные ценности, что были символами человечества на протяжении многих трудных веков».

Мне кажется, сейчас мы переживаем эти «трудные века» заново – о чем свидетельствует «праздничная» жизнь обстреливаемой со всех сторон Горловки в новом, 2015 году. С каждым днем здесь гремит все сильнее – и это не фейерверки, а заключенное в сентябре перемирие окончательно стало фикцией для украинских артиллеристов. Новый год начался для Горловки еще хуже, чем закончился старый. Сердце надеется, что в ближайшее время произойдут изменения к лучшему, но голова понимает, что мы еще поживем в 2014-ом. Как никогда хочется верить, что поговорка «как встретишь Новый год, так его и проведешь» – всего лишь людская выдумка, и не больше.

Обстрелы нашего города не прекращались за несколько часов до начала нового года. «Жена бегает с кухни в зал, салатики носит, а за окном стреляют, – рассказал мне о начале боевых знакомый, живущий в поселке Комарово. – Сначала отдаленно бухало и стрекотало. За пластиковыми окнами как-то не особо слышно. А через час уже гремело так, что люстра раскачивалась под потолком. Стены дрожали, словно их подключили к невидимому сабвуферу. Какие там салатики! Мы кинулись в коридор, и всем гостям пришлось туда же переместиться. Я уж не знаю, кто там кого поздравлял, но худшего Нового года я не припомню. Хотя к часу ночи нам уже было все равно, если честно».

«В результате обстрелов, возобновившихся вечером 31 декабря, погиб мужчина, его жена госпитализирована. Боевые действия, продолжавшиеся также в первый день нового года, унесли жизнь еще одного горловчанина», – сообщает сайт Горловского городского совета. А буквально накануне недалеко от остановки «Мелодия» установили памятник жителям города, погибшим в результате боевых действий. Это каменная глыба из породы ртутного карьера, с табличкой: «Невинным жертвам необъявленной войны».


1 января, ровно в 00:00 по Москве в Горловке прозвучал своеобразный салют из сигнальных ракет. Потом были слышны несколько праздничных залпов из автоматов – такой праздничный салют. Комендантский час был отменен, хотя такси ночью не работали. «Иду я в два часа ночи из «Солнечного» к себе домой на «Экспериментальный», – рассказал мне знакомый свою историю. – А тут останавливается машина с номером «Комендатура». Смотрят на меня, видят, что не пьяный, говорят: «садись». Через двадцать минут уже был дома. Новогодний подарок, однако».

Первые дни января были сравнительно тихими, хотя западные районы Горловки слышали отдаленное стрекотание стрелкового оружия. Но уже 5 января началась артиллерийская канонада. В основном били тяжелые орудия. Больше всего это напоминало «работу» танков или самоходных артиллерийских установок. 6 января в городе также слышался грохот артиллерии, а на Рождество грохотало так, что в районе поселка Комарово, по словам местных жителей, «танцевали хаты». «Как раз начало холодать и ударил мороз под -20, – рассказал мне знакомый. – К товарищу, который живет в своем доме, снаряд прилетел прямо в огород. Стекла – вдребезги, он сам упал на пол, прижался к стене. Через несколько минут вырубился свет. Звоню ему, а он говорит, что досками окна забивает».

9 января, после двух часов грохота артиллерийских орудий, я увидел среди серых облаков оранжевое зарево, которое поднималось над заснеженными терриконами. Зрелище хоть и красивое, но тревожное. А на следующий день украинская армия начала обстреливать Горловку. Вначале со стороны поселка Батмановка, потом – пригородов Дзержинска, а вслед за этим и Майорска. 11 января у нас стоял неимоверный грохот – окна, стены, пол и потолок ходили ходуном, как во время землетрясения, а в окнах дрожали стекла. Бил «Град» – словно майская молния ударила рядом, в двухстах метрах. Стреляли по центру города, и казалось, будто вытряхивают огромное одеяло. На земле иногда попадаются неразорвавшиеся боеприпасы. Один из жителей города поднял на улице Оленина незнакомый предмет – и взрыв оторвал ему кисть руки.

Но главным событием нынешней недели стали морозы, ударившие вечером 7 января и продержавшиеся до ночи 10 января. Это стало серьезнейшим испытанием для нашего «блокадного» города. 8 января температура достигла своего минимального пика в -29 градусов, и в первый рабочий день после праздников половина автобусов не вышла на маршрут. Настолько забитого электротранспорта я уже давно не видел – и только с его помощью удалось спасти ситуацию. Трамвай 7 маршрута вышел на работу ранним утром, что очень важно для рабочих и пенсионеров, которым иначе пришлось бы идти по замерзшим рельсам. Работники Горловского трамвайно-троллейбусного управления, которые при любых обстрелах, при любых ситуациях и при любой погоде обеспечивают стабильную работу электротранспорта – это настоящие герои рабочего класса.

Городские котельные тоже справились с холодами. На первых этажах у некоторых жителей многоэтажек температура достигала + 25, но, в то же время, у их соседей на верхних этажах было около 17-18 градусов тепла. В связи с холодами у некоторых небольших магазинчиков и рыночных торговцев возникли проблемы с подвозом продукции, однако эти трудности продлилось недолго – день или два. Лед и снег возле городской больницы помогали чистить бойцы ополчения при полной военной форме.

Горловка выстояла и перед обстрелами, и перед морозом. Однако мы все также остаемся заложниками экономической блокады. 6 января CНБО Украины определил семь транспортных коридоров для выезда из «зоны АТО», перекрыв остальные дороги. Среди них есть и один «горловский» – на Артемовск. Получить пропуска на проезд крайне тяжело, и это длительная процедура. Кроме того, на блокпостах украинской армии возросли «расценки» на проезд в зону АТО грузовиков с товарами и продовольствием. Теперь жители города не смогут напрямую попасть в Константиновку, Дзержинск или Дебальцево. Кроме того, украинские парамилитари при МВД «робингудствуют» на дорогах, забирая у «донецких» даже еду. Сестра моего знакомого рассказала о том, как она возвращалась из Артемовска в Горловку в первой половине 6 января: «На первом украинском посту нас остановили, проверили сумки, взяли у людей продукты, а у водителя – деньги… Я была в шоке! Никогда бы не поверила, если бы сама не увидела».

Знаете, когда год назад люди на Майдане говорили о европейском выборе, то трудно было вообразить, что к нам может прийти его «сербский вариант». Жители Донбасса до сих пор считают все происходящее каким-то дурным сном и верят в то, что украинцы просто кем-то обмануты и не понимают происходящее. Я тоже пытаюсь поддерживать в себе этот наивный самообман. Стараюсь поверить, что разум миллионов граждан Украины затуманен пропагандой отечественных масс-медиа. Поверить, что их неспособность к эмпатии – это временный результат хитрых пиар-манипуляций политтехнологов. Докричаться, до хрипа доказывая очевидное. Но глядя на то, как они демонстративно сочувствуют погибшим пассажирам малазийского Боинга или расстрелянным в Париже журналистам, при этом за девять месяцев не проведя ни одной акции в память о погибших жителях Юго-Востока, эта вера куда-то испаряется. Приходит понимание того, что сколько не стучись в двери украинского патриотического сознания, для нас они будут закрыты. Как будто ты объясняешь алкоголику вред потребления спиртных напитков, а он говорит в ответ: «ну, опохмелиться-то мне нужно!», и снова уходит в длительный запой.

Это как если бы последняя корова на Земле попыталась объяснить любителю бифштексов, что ее не стоит убивать.

Егор Воронов

Читать по теме:

Андрей МанчукКого убили в Донецке

Юлія Малькіна. Іменем любові, здавайтеся

Андрей МанчукМогила

Всеволод Петровский. Загляни в свое зеркало, Майдан

Иван ЗеленскийУкраинец, житель Донбасса

Андрей МанчукДонбасс, бандиты и олигархи

Егор ВороновБес гуманизма

Андрій Мовчан. Єдина країна, чи єдність трудящих?

Андрей МанчукБатальоны смерти

Роман Скиба Вид на руїну

Андрей Манчук Артилерист





RSSРедакціяПідтримка

2011-2017 © - ЛІВА інтернет-журнал