Нужен ли нам дорогой «цирк»?Нужен ли нам дорогой «цирк»?Нужен ли нам дорогой «цирк»?
Дискусія

Нужен ли нам дорогой «цирк»?

Саймон Дженкінс
Нужен ли нам дорогой «цирк»?
Можно лишь поздравить бразильцев с тем, что они осмелились сказать то, что у нас не хватило смелости высказать в прошлом году: хватит, значит хватит

Теги матеріалу: європа, колесник, криза, лібералізм, спорт
27.06.2013

Предисловие переводчика: «Что-то невероятное происходит – бразильцы протестуют против футбольного чемпионата» пишут сейчас в западных масс-медиа. Даже именитые бразильские футболисты «взбунтовались» против «диктатуры ФИФА».

Легендарный бразильский форвард Ромарио, ныне конгрессмен от Социалистической Партии, заявил на днях: «Это сущее издевательство. Они наживаются за счет общественных средств, не проявляя уважения к народу. На деньги, потраченные на подготовку к чемпионату мира 2014 года, можно было построить восемь тысяч школ, или купить 39 тысяч школьных автобусов, или создать 28 тысяч спортивных площадок по всей стране. Средства, которые ушли на строительство стадиона «Мане Гарринча», можно было потратить на строительство 150 тысяч новых домов для семей с низким доходом. Я говорю об этом не как футболист, не как политик, а как гражданин Бразилии. Мы потратили 1,5 млрд. реалов на строительство стадиона. Он красив? Да. Практичен? Не совсем. Настоящим президентом Бразилии является ФИФА. Эта организация пришла в нашу страну, став государством внутри государства. ФИФА получит прибыль в размере четырех миллиардов реалов, один миллиард должен пойти на налоги. Но она ничего не заплатит. Чиновники из этой организации пришли в нашу страну и устроили цирк. Они ничего не дают, но заберут с собой все».

«Цирк», «шоу», «зрелища» с античных времен использовали для отвлечения народа от реальных социальных проблем. Однако, когда людей практически во всех странах настойчиво пытаются убедить в «необходимости мер экономии» и урезании бюджетных расходов, миллиардные растраты на организацию зрелищ выглядят не только не логично, но и вызывают вполне естественную ярость, которую мы  наблюдаем сейчас в Бразилии.

С каждым годом любое подобное мероприятие требует все большей поддержки силовиков чтобы пока силы безопасности отбивают все атаки на «осажденную крепость», успеть провести в ней спортивное мероприятие и (словно «воры-гастролеры») уехать на поиски новой жертвы. Насколько изжили себя массовые дорогие празднества в XXI-м веке? Удастся ли, в конце концов, прекратить практику проведения дорогостоящих мероприятий и празднеств? Об этом рассказывает статья британского публициста Саймона Дженкинса.

 Во вторник вечером на Парламентской площади в Лондоне собралась шумная толпа размахивающих флагами бразильцев. Я спросил одного из них, против чего они протестуют и он сказал, что это протест против растраты денег на Олимпийские Игры. Я ответил ему, что если город он выбрал правильно, то с годом явно ошибся (Олимпиада в Лондоне прошла в 2012-м году – прим. пер.).

Всё дело в том, что теперь у Бразилии выманили 13 миллиардов долларов на проведение в следующем году Чемпионата Мира по футболу, а потом из нее столько же высосет Международный Олимпийский Комитет на проведение Олимпиады в 2016-м году. Бразильский левый президент Дилма Русефф получила все эти игры по наследству от ее предшественника-популиста Лулы да Сильва. Она отчаянно пытается помириться с протестующими однако, по сути, находится в ловушке, подготовленной для нее олигархами из FIFA и Олимпийского Комитета.

По рядовым бразильцам сразу же ударили повышением цен на проезд в автобусах и сокращением расходов на здравоохранение и образование. В результате более миллиона человек вышли на улицы городов Бразилии, жалуясь на то, что «стадионы-то – у нас, дескать, первого мира, а школы – третьего мира». Что наиболее впечатляет в этих демонстрациях, так это то, что они выступают не против спорта как такового, а против всего этого постановочного цирка. Они говорят о том, что необходимо по-иному расставлять приоритеты.

А вокруг самого Чемпионата Мира, FIFA и ее «непотопляемого» главы Зеппа Блаттера тем временем разгорается очередной скандал, связанный с возвратом билетов, телевизионных лицензий на трансляцию и футбольной истерией в целом. Высосав из бразильского бюджета побольше «крови» то есть, миллиарды долларов на новые стадионы, Блаттер теперь имеет наглость просить демонстрантов «не использовать футбол в качестве повода для озвучивания своих требований». А почему, собственно, нет? Ведь сам Блаттер использует футбол в своих целях.

Аналогичным образом Олимпийский Комитет продает Олимпиаду различным страдающим «звездной болезнью» национальным лидерам, предлагая использовать «олимпийскую славу» в политических целях. Специально под олимпиаду строятся стадионы, закупается дорогостоящее оборудование, применяются совершенно безумные меры безопасности. Но всё это расточительное «гостеприимство» абсолютно бессмысленно – это выгодно лишь строительным и охранным фирмам, и толпе шовинистов из отделов по связям с общественностью. И если стоимость Олимпиады приводит к банкротству, как это было в Монреале и Афинах… что же – «золотой караван» просто идет дальше, в поисках новой жертвы.

Чемпионат Мира по футболу и Олимпиада – это, по сути, телешоу и проводить их можно с гораздо меньшими затратами и меньшей шумихой где-нибудь в одном месте. В странах, где проводятся такого рода спортивные мероприятия, обычно активно раздаются заверения о том, что они принесут «отдачу» в будущем (один из аргументов, который сводится к тому, что так называемое «наследие» таких мероприятий в будущем будет способствовать развитию спорта и здорового образа жизни – прим. пер.), однако сейчас уже совершенно ясно, что все эти обещания полная чушь. Стоимость спортивных состязаний вырастает до таких размеров, что на большинство менеджеров, занимающихся их организацией, пора надеть наручники. Однако пока что организаторы олимпиады и чемпионатов по футболу получают свои бонусы и звания.

И такое нездоровое пристрастие к пышным празднествам свойствено не только спорту. Саммиты глав государств, которые, по идее должны быть встречами, на которых решаются мировые проблемы, сейчас напоминают «Лагерь Золотой Парчи» (переговоры между Генрихом VII и Франциском I в 1520-м, названные так из-за роскоши свиты обоих королей – прим. пер.) – специально обустроенный для того, чтобы продемонстрировать гостеприимство, угодить тщеславию мировых лидеров и дать им возможность отдохнуть и поразвлечься.

Проходивший на днях в Северной Ирландии саммит «Большой восьмерки», по сути, не имел смысла – одна ночь и два дня «тусовки» в Ирландии. И это удовольствие стоило налогоплательщикам 60 миллионов фунтов, если не считать того, что на охрану каждой делегации было задействовано около тысячи полицейских. Встреча специально проводилась в графстве Фермана – как можно дальше от демонстрантов и «реального народа». И единственным результатом этой встречи стали весьма неопределенные договоренности в области борьбы с уклонением от налогов. Но ведь для этого не было необходимости на два дня собираться в графстве Фермана. Они что, не умеют пользоваться скайпом?

Впрочем, и сама «Восьмерка» сохраняется исключительно из претензий на лидерство со стороны основных участников Второй Мировой войны. Когда в 2012-м году Владимир Путин отказался от участия в саммите, проводившемся в Вашингтоне, возникли даже надежды на то, что «Восьмерка», наконец-то прекратит существование. Однако на этой неделе Путин вернулся – хотя, судя по выражению его лица, он весьма сожалеет об этом.

Дэвид Рейнолдс в своем критическом исследовании истории послевоенных саммитов отмечал, что они скорее проводились ради надежды на лучшее, а не по причине реальной пользы от них – поскольку они были либо бессмысленными, либо даже имели негативные последствия. Рейнолдс сравнивает встречу Тони Блэра в 2003-м с Джорджем Бушем по поводу войны в Ираке со встречей Чемберлена в Мюнхене («Мюнхенские соглашения» с нацистской Германией 1938 г. – прим. пер.). Кульминация таких встреч пришлась на период «холодной войны» – хотя лишь после ее окончания подобные саммиты стали регулярно вписывать в политический календарь.

График Дэвида Кэмерона буквально забит всякого рода встречами «Большой Восьмерки», «Большой Двадцатки», заседаниями ООН, ЕС и тайными совещаниями глав стран Британского Содружества. Встречи столь громоздкого образования, как «Большая Двадцатка» вообще характеризуются только разгулом сил безопасности. Встреча «Двадцатки» в Торонто в 2012 обошлась в сумму около одного миллиарда долларов, только лишь на обеспечение полицейских мер безопасности – всего за два дня встречи! Бедным слоям населения это, естественно, ничего не дало, а местной экономике понадобился еще год, чтобы оправиться от такого финансового удара.

Власть также страстно желает аутентичности. Президент Барак Обама по пути со встречи «Большой Двадцатки» домой пожелал постоять возле Бранденбургских ворот – именно там, где 50 лет назад произносил речь Кеннеди. Для этого специально выстроили целый стадион и стену из пуленепробиваемого стекла. Обама приехал, сказал небольшой группке избранных несколько банальных фраз, и уехал. Но ведь с 1963-го года технологии как-то развивались, и Обама мог бы спокойно подражать Кеннеди у себя на страничке в Фейсбуке. Нет же – ему понадобилось лично лететь в Берлин и лично присутствовать на саммите в Ольстере. Можно было бы просто снять телепостановку. Электронное оборудование может создавать некое событие и распространять о нем информацию – хотя ничто, конечно же, не заменит «волшебство» реального присутствия.

Интернет-футурологи нередко утверждали, что с развитием технологий всяческие спортивные, политические и музыкальные мероприятия станут вообще излишними. Аватары человека смогут путешествовать по киберпространству и обращаться к аудитории при помощи нажатия кнопки. Лидеры государств смогут общаться друг с другом, не выходя из своих кабинетов – в реальном времени, на больших экранах. Контакт будет цифровым. Можно будет ощущать присутствие друг друга и без непосредственного телесного контакта. И тогда массу денег можно сэкономить на одних только авиабилетах. Хотя в таком случае, мы, конечно, не учитываем обычное желание людей – начальников и подчиненных, богатых и бедных – чувствовать свою причастность, и ощущать в какой-то степени «живое присутствие».

Люди хотят лицезреть футбольных кумиров, автогонки и «трех теноров» в своей стране. Лидеры стран жаждут обрести статус гостеприимных, дружелюбных хозяев и стоять бок о бок с другими властителями – для них это не то же самое, что общение в сети. Однако бразильские демонстранты вносят свои коррективы в стремления подобного рода. Они указывают на цену, которую приходится за это платить. Нездоровое пристрастие к «событийности» может быть чрезмерным, предполагая чрезвычайные меры безопасности и настолько огромные затраты, что терпению людей приходит конец. Для того, чтобы принять у себя международное шоу спортсменов, Лондону совершенно не обязательно было тратить в прошлом году 9 миллиардов фунтов.

Лондонская Олимпиада должна была бы стать последним примером столь демонстративного пожирания богатыми огромных средств прямо перед лицом у бедных. Тем не менее, Рио-де-Жанейро оседлали не один, а сразу два таких «цирка» (Чемпионат Мира и Олимпиада – прим. пер.). И можно лишь поздравить бразильцев с тем, что они осмелились сказать то, что у нас не хватило смелости высказать в прошлом году: хватит, значит хватит. На месте Зеппа Блаттера и его клики я бы поскорее уносил ноги из этого города.

Саймон Дженкинс

Guardian

Перевод Дмитрия Колесника

Читайте по теме:

Франко А. Бразилия: «футбольные протесты»

Брайан Мартин. Десять причин противостоять олимпиаде

Марк Пэрримэн. Внутри фан-зоны

Андрей Манчук. Нечего терять. Протесты «евростроителей»


2011-2017 © - ЛІВА інтернет-журнал