Знаменитая война и ее последствияЗнаменитая война и ее последствия
Знаменитая война и ее последствия

Знаменитая война и ее последствия


Артем Кирпиченок
Шестидневная война стала для современников одним из элементов глобального наступления сил реакции – в том же году Америка активизировала свое наступление во Вьетнаме, а в Боливии погибает Эрнесто Че Гевара

Теги матеріалу: імперіалізм, близький схід, війна, гетто, кирпиченок, ліві, пам`ять, політики, расизм, чілі
16.06.2017

«В первые 80 минут было осуществлено то, что планировалось 16 лет. Этому плану мы посвятили всю нашу жизнь. Мы засыпали и просыпались с ним. Он был нашей пищей. Мы постоянно его совершенствовали», – этими словами израильский генерал Мордехай Ход подвел итог Шестидневной войне между Израилем и его арабскими соседями – Египтом, Иорданией и Сирией, которая произошла 50 лет назад.

5 июня 1967 года, ровно в 7.45 утра,  израильские ВВС нанесли удар по египетским аэродромам, уничтожив большую часть авиации страны пирамид. В последующие шесть дней ЦАХАЛ разгромил в результате молниеносного блицкрига войска своих соседей и захватил обширные территории – Западный берег реки Иордан с Иерусалимом. Голанские высоты, Синайский полуостров. 

Сегодня уже мало кто всерьез воспринимает утверждения израильских пропагандистов 60-х годов – о том, что Шестидневная война была «превентивной» и «оборонительной». Израильский историк Бени Морис, в своем исследовании, посвященном войнам Израиля начала пятидесятых, отмечал, что уже после войны 1948 года Давид Бен Гурион и его сподвижники вынашивали планы «войны продолжения», которая обеспечит Израиль необходимым «жизненным пространством». В 1956 году, в ходе тройственной агрессии против Египта, Израиль предпринял неудачную попытку аннексировать Синайский полуостров, но был остановлен в своих плана собственным союзником – США, который видел тогда в Тель-Авиве непредсказуемого и плохо управляемого вассала. 

Новый шанс «округлить» свои владения представился израильтянам в начале лета 1967 года. Предлогом для войны стали перестрелки на израильско-сирийской границе и ввод египетских войск в демилитаризованную после 1956 года зону Синайского полуострова. Периодические боестолкновения на рубежах «новой Спарты» (как называл Израиль Моше Даян) были обычным делом, а появление египетских дивизий на Синае, вместе с возобновлением блокады Тиранского пролива служили целям внутренней политики Каира. Абдель Гамаль Насер демонстрировал возвращение к ситуации, которая имела место до Суэцкой войны.  Но израильская «хасбара» сразу же начала вещать о неминуем арабском вторжении.

Паникующие израильтяне рыли бомбоубежища и осаждали аэропорт, хотя правители страны относились к происходящему куда спокойнее. В 1968 году Ицхак Рабин говорил в интервью газете «Монд»: «Я не думаю, что Насер хотел войны. Двух дивизий, которые он направил на Синай 14 мая, было недостаточно чтобы, начать наступление на Израиль. Он это знал, и мы тоже это знали». Другой израильский премьер-министр, Менахим Бегин, спустя 14 лет подтвердил этот тезис газете «Нью-Йорк таймс»: «В июне 1967-го у нас был выбор. Сосредоточение египетской армии на подступах к Синаю не доказывало, что Гамаль Абдель Насер действительно собирается на нас напасть.  Мы должны быть честны сами с собой: это мы решили напасть на них».

Современные публикации доказывают, что израильтяне не сомневались в успехе и превосходстве своей армии. Ведь военное могущество определяется не только количеством танков на парадах, но и общим социально-экономическим развитием страны. Израильский солдат со средним образованием был куда лучше подготовлен к современный войне, чем египетский феллах, который только в армии узнавал, где у него правая, а где левая рука – по принципу «сено-солома». Как здесь не вспомнить «чудесные» победы вермахта над советскими крестьянскими армиями, солдаты которых сели за парты только в конце 20-х годов. Костяком ЦАХАЛа были танковые и парашютные части, укомплектованные выходцами из кибуцев – сельскохозяйственных коммун. Здесь стоит вспомнить выдающегося историка-марксиста Франца Меринга, который писал, что самые эффективные милиции в истории формировали американские конфедераты и африканские буры, жившие на земле и постоянно носившие оружие перед угрозой восстания чернокожих. Демократический ЦАХАЛ является естественным продолжением данной традиции, и у современников не было сомнений в реальном соотношении сил. Как писал американский министр обороны Роберт Макнамара: «Единственное разногласия между нами и англичанами было в том, как быстро израильтяне разобьют египтян». 

Впрочем, подобные нюансы не волновали западных пропагандистов, которые воспевали победу «Давида над Голиафом». Обложки западных таблоидов пестрели постановочными фотографиями блондинов с арийским профилем у Стены плача и Суэцкого канала. Однако, как это бывает всегда, некоторые нюансы победы остались за кадром. В то время как друзья Израиля распевали про «железные роты еврейской мотопехоты», на Синайском полуострове сотни египетских пленных стояли перед стволами пулеметов. Израильтяне взяли слишком много военнопленных и избавлялись от них традиционными европейскими методами. Самые известные расстрелы произошли в синайском городе Эль-Арише – где, по словам очевидцев египетских солдат заставили выкопать себе могилу, а потом уничтожили. Их массовые захоронения были найдены в 1995 году. Об убийствах пленных писали израильские историки Ури Мильштейн и Том Сегев. И сегодня известно, что только 11 июня 1967 года командование ЦАХАЛа издало специальный приказ, запрещавший убивать безоружных арабских пленных.  

Говоря о последствиях Шестидневной войны, нам, прежде всего следует отметить возникновение американо-израильского стратегического союза и присоединение Западного берега реки Иордан с многотысячным палестинским населением. Еще Ашер Гинцберг (Ахад ха Ам) предсказывал, что если израильское государство возникнет, оно будет выживать за счет низкопоклонства перед великими державами. История подтвердила это прогноз. Израильское национальное движение укоренилось в Палестине при помощи англичан, основало государство с благословения Сталина, и укреплялось при поддержке Франции. Но возникший после 1967 году американо-израильский союз стал важнейшим  столпом американской внешней политики на Ближнем Востоке.  Подобно саудитам, израильтяне не только пользуются американским военным и политическим «зонтиком», но и оказывают активное влияние на внутреннюю политику США посредством работы лоббистских институтов. При поддержке американской пропагандистской машины израильский национализм – это новое саббатианство ХХ века, превратился из маргинальной секты в доминирующую  идеологию большинства евреев.

Сотни тысяч палестинских арабов, которые остались жить на захваченных землях Западного берега и Сектора Газа, стали ложкой дегтя в израильской бочке меда. История учит нас, что колониальные проекты становятся успешными, если поселенцам удается перебить или изгнать большую часть коренного населения – как это было в США, Австралии или Аргентине.  Осуществив в 1947-1948 годах Накбу, израильтяне, казалось бы добились этой цели – но, в 1967 году, вместе с захваченными территориями, они снова получили массу палестинцев. Нельзя сказать, что израильское руководство не понимало сути и перспективы этой проблемы. Опубликованные ныне документы показывают, что в Тель-Авиве обсуждали возможность отказаться от земель с палестинским большинством, или даже выслать всех палестинцев… в Бразилию (естественно, что думают об этом палестинцы и бразильцы, никого не интересовало). Но реальность столкнулась с идеологией, которая исключала раздела священных земель «Эрец Исраэль» – и идеология победила. Сегодня, когда численность израильтян и палестинцев между Средиземным морем и Иорданом сравнялась, и это наследие 1967 года снова ставит под вопрос будущее израильского государственного проекта.

В заключение, я бы хотел написать несколько слов о войне 1967 года и левом движении. Шестидневная война стала для современников одним из элементов глобального наступления сил реакции – в том же году Америка активизировала свое наступление во Вьетнаме, а в Боливии погибает Эрнесто Че Гевара. Политическое руководство Израиля однозначно выбрало свое политическое место в борьбе двух систем. Как писал Ури Дан: «Тогда Израиль стал бороться против русских, мельчайшее из современных государств  встало  против  величайшего  в  истории   тоталитарного  режима, обладающего неограниченными источниками вооружения». «Крылышки» израильских парашютистов замелькали от Индокитая, где Моше Даян обменивался опытом с американскими военными, до Латинской Америки, где израильские инструктора тренировали частные армии местных ультраправых наркоторговцев. 

Неудивительно, что число «левых» друзей Израиля стало уменьшаться в геометрической прогрессии, а великий историк Исаак Дойчер написал свои знаменитые строки о «новой Пруссии, которая выиграла три войны, но неспособна переварить захваченные земли», – а также, о том, что израильтяне «допобеждаются до смерти». Для стран третьего мира Израиль предстал малопривлекательным образцом политики неоколониализма и западного лицемерия во всем что касается свобод и прав человека. И все эти оценки, озвученные в далеком 1967 году, остаются актуальными и поныне.

Артем Кирпиченок

Читайте по теме:

Артем Кирпиченок. Две войны. Украина и Израиль

Наом ШиафПлоды правой политики

Ноам ХомскийИзраиль. Предупреждение о цунами

Михаил Урицкий«Норма» насилия

Артем КирпиченокПисьмо Натаниягу

Крис ХеджесВсе мы будем на месте жителей Газы

Артем КирпиченокПутешествие в кибуц


2011-2017 © - ЛІВА інтернет-журнал